Мировой топливный кризис мутирует. Если мировая экономика приспособилась к котировкам сырой нефти в районе 90 долларов/баррель, то рост цен на дизельное топливо притормозить не удается. Это гораздо опаснее, чем просто дорогая нефть. Мощностей для производства топлива не хватает, и взять их неоткуда.
Скриншот: AS Атака на крупнейший НПЗ Саудовской Аравии Рас Танура
Елена Иванова
Плановые ремонты и внеплановые атаки на НПЗ сокращают выпуск дизеля — «рабочей жидкости» мировой экономики
По данным международного энергетического агентства, общий дефицит очищенных нефтепродуктов, куда входит дизельное топливо, составил в этом квартале 1,8 млн баррелей в сутки. Экспорт дизельного топлива, пишут аналитики американского банка Goldman Sachs, из-за ремонтов и атак на НПЗ, а также сокращения китайских квот упал на 2,6 млн баррелей в сутки.
Из-за повреждений российских НПЗ и предприятий переработки нефти Ближнего Востока мир недополучает ежедневно 1,3 млн баррелей. Это составляет 20% мировой морской торговли дизелем. МЭА полагает, что восстановить запасы топлива перед зимой не удастся, поскольку глобальные объемы переработки нефти отстают от уровня прошлого года на 5 млн баррелей в сутки.
Эксперт Фонда национальной энергетической безопасности, научный сотрудник Финансового университета при правительстве РФ Станислав Митрахович поясняет журналу «Химагрегаты»:
— Когда начался Ормузский кризис, мы увидели, что фьючерсы на сырую нефть растут не так быстро, а цена на старую нефть в виде нефтепродуктов росла намного быстрее, потому что они используются здесь и сейчас. Нужен дизель, чтобы грузовики ездили и в Европе, и в Азии, и в Америке. А переработка сократилась из-за недопоставок. Потому и росла стоимость авиационного топлива, авиационного керосина, судового топлива, дизеля. Где-то это приводило к необходимости сокращения или перевозок, или рейсов. Это было и в Европе, и в Азии в начале лета 2026 года. Сейчас Ормузский кризис возобновился, с учётом того, что и из России поставки дизеля остановились, за исключением поставок по межгосударственным соглашениям, наблюдается дефицит.
Из-за нехватки топлива компании активно торгуют топливом из хранилищ. За один месяц было продано 69 млн баррелей.
35 супертанкеров, 3,5 дня жизни американской и 35 дней немецкой экономик
Чтобы наглядно представить, какой гигантский объем хранимых нефтепродуктов был израсходован всего за один месяц, нужно его посчитать, как говорил старый советский мультфильм, «в попугаях».
Итак: 69 млн баррелей помещаются на 35 танкеров класса VLCC (Very Large Crude Carrier) вместимостью около 2 млн баррелей каждый. Если их выстроить в одну цепочку, получится караван длиной 11 км.
Если перевести баррели в литры, получится 11 млрд литров топлива.Этого топлива хватит, чтобы заправить половину автопарка всей Европы — 220 млн легковых машин.
Весь мир потребляет 102 млн баррелей в сутки. Таким количеством топлива можно обеспечить жизнь на нашей планете, включая все заводы, автомобили и самолеты Земли, на 16 часов. Для отдельных стран цифры еще более впечатляющие. Самой крупной экономике мира — американской — топлива хватило бы на 3,5 дня, самой большой экономике Европы — немецкой — на 35 дней, а вся Европа смогла жить почти неделю.
«Мировой спаситель»: в США экспортный бум на фоне пустых хранилищ
Американский рынок оказался заложником взятой на себя роли «мирового спасителя». Из-за жесткого дефицита в Европе и Азии США резко нарастили экспорт дизеля, что опустошило внутренние резервы. По данным EIA от 19 августа 2026 года, коммерческие запасы дистиллятов (дизель и мазут) сократились до 105,6 млн баррелей. Это примерно на 12% ниже пятилетнего среднего показателя. Американские НПЗ работают на износ при загрузке 97,2%, но не успевают покрывать спрос.
На оптовом рынке США фьючерсы подскочили до $154 за баррель. В рознице средняя цена дизельного топлива на АЗС впервые в истории преодолела психологическую отметку в $100 за баррель рост стоимости в годовом выражении составил около 40%.
Германия: Рейн не пускает дизель
Германия сильнее других страдает от прекращения поставок из России и масштабных сбоев на Ближнем Востоке, из-за чего цены на энергоносители в стране опять выросли более чем на 8%.
Ситуацию усугубила летняя засуха. Уровень воды в Рейне упал до критических отметок. Баржи с топливом не могут пройти по реке с полной загрузкой, что заблокировало доставку дизеля с крупных НПЗ и портов Антверпена и Роттердама во внутренние регионы Германии.
Немецкий дизель стал одним из самых дорогих в ЕС. По состоянию на август 2026 года, литр дизельного топлива на немецких АЗС стоит в среднем €2,25 – €2,27, или $2,63 за литр. Бак объемом 40 литров обходится немцам почти в €90.
Цена на оптовых площадках на дизель достигает в эти дни $175/баррель.
Россия: началась вторая волна топливного кризиса
В нашей стране топливный кризис приобретает черты всероссийского. Рынок столкнулся с физической нехваткой предложения из-за повреждений инфраструктуры — по данным Reuters, украинские дроны и ракеты повредили 39% перерабатывающих мощностей НПЗ. В ответ государство ввело полный жесткий запрет на экспорт дизеля, включая ВИНКи, а также заводам разрешили выпускать топливо запрещенных в середине 2010 годов низких экологических классов.
По данным Росстата, официальная средняя цена дизеля на заправках составляет около 82–84 рублей за литр. Однако в Сибири, на дальнем Востоке, а также в Крыму и на юге России, а также на ведомственных железнодорожных заправках из-за локального дефицита цены поднимались до 150–180 рублей за литр.
Почему дорогой дизель опаснее для мировой экономики, чем очень дорогая нефть?
Это вопрос не дискуссионный и совсем не риторический. Нефть — это сырье, а дизель — уже готовый, а сейчас дефицитный продукт. Именно дизель — это кровь мировой экономики. 70% перевозок внутри США осуществляется автотранспортом, который ездит на солярке. Сходная картина в ЕС. Поэтому цена дизеля в $170 за баррель может оказаться для экономики значительно болезненнее, чем Brent по $100.
Если Brent поднимается с $90, как сейчас, до $100 за баррель, рост составляет около 11%. Для экономики это неприятный, но переносимый шок. А если дизель растет до $170, это уже не просто дорогая нефть. Это сигнал, что мировая нефтепереработка не успевает превращать доступную нефть в нужное количество топлива. Добавочная нефть не решает проблемы снабжения топливом. Когда свободных мощностей на переработку нет, их не построишь за несколько месяцев.
И это гораздо опаснее.
Дизель играет значительную роль в формировании инфляции. Дорожающая солярка бьет по всей цепочке перевозимых товаров и подстегивает рост цен на них. Особенно заметен этот эффект в связке с продовольствием. Сельское хозяйство сильно зависит от дизтоплива, поскольку вся техника работает на нем. Если крестьяне из-за нехватки солярки начнут сокращать посевные площади, как это происходит сейчас в России, топливный кризис перейдет в продовольственный. Не хватать продуктов питания будет в самых бедных странах, зависимых от импорта.
Если топливо будет дорожать непропорционально, неизбежно сокращение потребления, говорит эксперт Митрахович:
— Чем больше цена, тем больше шансов, что потребление снизится. Будет снижение потребления или не будет, зависит от уровня жизни конкретной страны. В Германии, скорее всего, снижение будет небольшое. Там огромное количество дизельных машин. Япония продолжит использовать. А в странах Юго-Восточной Азии может быть и снижение потребления. В Африке может быть снижение.
Дизель против авиакеросина против судового топлива
Дизель и авиакеросин относятся к средним дистиллятам и конкурируют за часть перерабатывающих мощностей. Если НПЗ получает очень высокую маржу на дизеле, возникает вопрос: что производить из доступной нефти — больше дизеля или авиакеросина? Поэтому дефицит дизеля может постепенно распространяться на авиатопливо. А это уже удар по авиакомпаниям, которые поднимут стоимость авиабилетов и на чартеры грузовой авиации. Сокращение керосина скажется и на мировой торговле, и на туризме.
Дизельные фракции используются в морском топливном балансе, особенно для части судового топлива и для производства компонентов. Если одновременно возникает проблема в Ормузском проливе, получается двойной удар. Переработке не хватает нефти, она производит меньше дизтоплива. Это, в свою очередь, приводит к удорожанию перевозки нефти и товаров по морю. Дорогая солярка становится фактором роста цен на энергоносители.
Угроза стагфляции
Высокие цены на топливо без возможности увеличить его выпуск могут привезти к стагфляции, когда экономика стагнирует, а цены растут. Даже если увеличить добычу, солярки больше не станет, если не хватает перерабатывающих мощностей. Их отнимают плановые и внеплановые ремонты. Рано или поздно заводы в США придется останавливать, иначе они остановятся сами. Это просто отложенный риск.
— Что будет происходить дальше, будет зависеть, в первую очередь, от ситуации на Ближнем Востоке. Наладят ли там переработку и экспорт нефти, зависит от политической ситуации. И зависит от того, что будет в России. Если в России ситуация нормализуется, экспорт дизеля возобновится в октябре-ноябре, это один вариант. Если не возобновится, исходя из атак дронов на НПЗ и терминалы, будет наблюдаться дополнительная нехватка дизеля в мире, — уверен Станислав Митрахович.
Поэтому для нормально функционирующего мирового хозяйства нужен мир. Два театра военных действий, где задействованы нефтеперерабатывающие страны, экономика переварить не может. Но до него и на Ближнем Востоке, и на Украине еще очень далеко.