Нефтепереработка в июле упала до показателей 2005 года, пишет Bloomberg, а за ней сократилась и добыча нефти. Особенно удары украинских дронов по НПЗ сказалась на малых нефтяных компаниях, доля которых в Татарстане достигает 20%. МНК не остается ничего другого, как глушить скважины.
Фото: tatarstan.top Доля малых нефтяных компаний в добыче составляет в РТ 20%
Елена Иванова
Нефтепереработка в России упала до 3,9 млн баррелей в сутки
Американское агентство Bloomberg сообщило, что производительность НПЗ в начале июля упала до показателей 2005 года до 3,91 млн баррелей нефти в сутки. По сравнению с июлем 2025 года сокращение составило 1,4 млн баррелей.
Крупные нефтяные гиганты могут компенсировать потери от переработки за счет экспорта сырой нефти или внутреннего рынка. Особенно тяжело приходится малым компаниям, у которых добыча достигает 80% доходной базы. В старых нефтяных районах — Татарстане, Коми, Томской области — МНК работают в связке с ВИНКами и поставляют нефть на переработку на их НПЗ. В РТ доля таких компаний достигает 20%. Все они снабжают сырьем «Татнефть» и и ее флагманский НПЗ «Танеко». Если завод останавливается, девать нефть некуда.
МНК между трейдерами и ВИНКами
В июне средняя загрузка НПЗ снизилась до 64-65% против уже привычных 82-84%, пишет казанское издание «Бизнес Онлайн». После атак украинских БПЛА на внеплановый ремонт ушли «Танеко», Московский и Ярославский НПЗ, лукойловские заводы в Поволжье.
НПЗ перестали принимать нефть от независимых, а «Транснефть» ограничила транспортировку. На самих МНК практически нет специальных резервуаров, в которых можно держать сырую нефть на длительном хранении. Поэтому в тех компаниях, где таких емкостей нет, начали сразу ограничивать добычу.
Большинство малых производителей нефти работают с ВИНКами не напрямую, а через аффилированных с ними трейдеров. Это имеет свои преимущества, поскольку крупные посредники могут быстро перебрасывать крупные объемы от одного НПЗ на другой. В кризисные времена, как это происходит сейчас, трейдеры давят на МНП. Крупные компании не платят в оговоренные контрактами сроки, например, в течение 7 дней следующего после поставки месяца, а переводят деньги, когда посчитают возможным. Из-за этого у малых предприятий возникают кассовые разрывы, и не хватает денег на уплату налогов.
Фото: «Бизнес Онлайн». Нефтяные компании получают около 5% выручки с каждого добытого барреля
Малые нефтяные компании и налоги
Налоги составляют 80% выручки нефтяников. Поскольку их уплата происходит у «скважины», генерировать новые обязательства компании не хотят. Им легче закрыть скважину.
«Ты добыл нефть, еще ее не реализовал, а обязан НДПИ заплатить. Для малых компаний это особенно чревато, нужна другая система. Может быть, какое-то авансирование. Всем этим надо заниматься серьезно», — заявил президент Союза нефтегазопромышленников Генадий Шмаль.
Из-за кассовых разрывов и неопределенности со сбытом горизонт планирования МНК составляет один месяц, говорят руководители предприятий. Менеждерам приходится по 3-4 раза за квартал пересматривать финансовые показатели.
При этом в зарегулированном российском нефтегазе нефтяники не выигрывают от высоких мировых котировок. Это неудивительно — доля нефти в стоимости бензина в РФ — всего 12%, в отличие, например, от США, где этот показатель составляет 53%, как писал журнал «Химагрегаты».
МНК: оставаться или уходить?
Отраслевые ассоциации и эксперты сходятся во мнении, что топливный кризис давит сильнее всего на малый бизнес отрасли.
Основных рисков несколько, как говорят в РСПП:
- снижение рентабельности зрелых месторождений;
- ограничения добычи в рамках соглашений ОПЕК+;
- рост налоговой нагрузки и стоимости сервисных услуг;
- высокая стоимость заемного финансирования;
- сложности с обновлением оборудования и технологий.
С началом топливного кризиса и войны в Ормузском проливе к этим рискам прибавился еще и кассовый разрыв и сокращение добычи. Для малых предприятий это означает либо закрытие, либо поглощение более крупными игроками рынка. Эксперты считают, что в лучшем случае не станет 10% МНК. Если кризис продолжится, нефтедобыча может потерять до трети малых игроков.
По оценкам, из примерно 200–250 малых и средних нефтедобывающих компаний в России в течение 2026–2027 годов под риском реорганизации, продажи или ухода с рынка могут оказаться 20–50 компанийпри базовом сценарии и до 60–70 компаний при неблагоприятном развитии ситуации.