Российские бизнесмены получили более 1,2 трлн рублей дивидендов за год. Forbes составил рейтинг россиян с самыми большими доходами от выплат компаний. Первое место занял акционер «Лукойла» Вагит Алекперов: Forbes оценил его дивиденды в 106,2 млрд рублей. На втором месте оказался Леонид Михельсон с 87,1 млрд рублей, на третьем — Геннадий Тимченко с 75,1 млрд. Оба владеют долями в «Новатэке» и «Сибуре», а выплаты получили через подконтрольные структуры.
Фото: всеостройке.рф. Акционер «Лукойла» Вагит Алекперов получил более 100 млрд руб дивидендов
Елена Иванова
Больше всего за год в рейтинге поднялся Игорь Кесаев, совладелец «Меркурий Ритейл Холдинга», которому принадлежат сети «Красное & Белое» и «Бристоль». Forbes оценил его дивиденды в 40,5 млрд рублей и поставил на четвертое место. Выплаты «Меркурий Ритейл Холдинга» за год выросли более чем в пять раз, до 58,6 млрд рублей.
При этом совокупная сумма дивидендов крупнейших бизнесменов резко сократилась. Все 75 участников нового рейтинга получили 1,194 трлн рублей против 1,769 трлн годом ранее, когда в списке было 50 человек. Снижение примерно на треть отражает ухудшение финансовых результатов бизнеса. По данным Росстата, прибыль российских компаний в 2025 году сократилась на 3,9%, до 27,1 трлн рублей, а совокупные убытки выросли на 7,5%, почти до 8,9 трлн рублей.
Скриншот: Форбс Среди крупнейших получателей дивидендов — самые богатые люди страны
Дивиденды — еще не вывоз капитала
Сам по себе масштаб выплат миллиардерам не означает, что 1,2 трлн рублей покинули Россию. Дивиденды российскому владельцу становятся трансграничным оттоком только в том случае, если полученные средства затем переводятся в иностранные активы, на зарубежные счета, в недвижимость, ценные бумаги или другие инструменты за пределами России.
Поэтому гораздо показательнее посмотреть на платежный баланс.
Банк России оценивает сальдо финансового счета без учета резервных активов как показатель чистого кредитования российской экономики внешнему миру. В 2023 году оно составляло $48,7 млрд, в 2024-м — $56,5 млрд, а в 2025-м — $48,9 млрд. Положительное значение говорит о том, что российские резиденты в совокупности увеличивали внешние активы быстрее, чем наращивали обязательства перед нерезидентами.
За первые семь месяцев 2026 года этот показатель, по предварительной оценке ЦБ, составил около $17,3 млрд: приобретение финансовых активов за рубежом достигло $38,9 млрд, тогда как принятие внешних обязательств составило $21,6 млрд. При этом ЦБ отдельно указывает, что значительная часть июльского роста иностранных активов связана с временным увеличением задолженности нерезидентов по торговым расчетам, поэтому механически считать всю сумму «деньгами, вывезенными миллиардерами», нельзя.
Таким образом в 2026 году трансграничный отток по широкому финансовому агрегату продолжается, но пока существенно ниже экстремальных показателей 2022 года.
Почти $400 млрд после начала СВО
Для масштаба показателен период после 2022 года. По данным платежного баланса ЦБ, сальдо финансового счета без резервов составляло около $227 млрд в 2022 году, $48,7 млрд в 2023-м, $56,5 млрд в 2024-м и $48,9 млрд в 2025-м. В сумме получается примерно $381 млрд за 2022–2025 годы. Если добавить около $17 млрд за январь-июль 2026 года, получается порядка $400 млрд.
Но в эту цифру ходят операции банков и компаний, торговые расчеты, изменение внешних обязательств и другие трансграничные операции частного сектора. Для сравнения: сам 2022 год оказался аномальным. Резкий скачок был связан не только с бегством состоятельных россиян, но и с перестройкой внешней торговли, погашением и изменением структуры внешних обязательств, переводом средств на зарубежные счета и другими операциями после введения санкций.
В 2026-м богатые снова наращивают зарубежные активы
При этом нынешняя ситуация отличается от первых месяцев после начала СВО.
В июле Bloomberg сообщал, что ряд наиболее состоятельных россиян вновь активизировал перевод активов за рубеж. По информации агентства, полученной от богатых россиян и людей, знакомых с их инвестиционными решениями, речь идет о миллиардах долларов. Среди направлений упоминались криптовалюты, золото, зарубежная недвижимость и частные инвестиционные фонды, особенно в странах Персидского залива. Bloomberg связывал активизацию с опасениями вокруг состояния российской экономики, банковского сектора и риском дальнейшего изъятия активов государством.
В 2026 году одновременно наблюдаются два процесса. С одной стороны, российский бизнес продолжает получать крупные дивиденды внутри страны. С другой — часть владельцев капитала стремится сохранить ликвидные активы за пределами российской финансовой системы.
Именно поэтому дивидендный бум имеет значение не только для состояния отдельных миллиардеров. Чем больше прибыли компании превращают в денежные выплаты собственникам, тем больше средств потенциально становится мобильным капиталом. Дальнейшая судьба этих денег зависит уже от решений владельцев.
Почему это важно для российской экономики
В условиях боевых действий и санкций проблема капитала выглядит иначе, чем в обычной экономике. Российские компании одновременно нуждаются в деньгах для инвестиций, модернизации и импортозамещения, а владельцы бизнеса получают стимул извлекать накопленную прибыль. Высокие дивиденды позволяют собственникам зафиксировать доход, но сокращают объем прибыли, который остается непосредственно внутри компаний.
Если полученные дивиденды затем инвестируются в российские заводы, недвижимость, облигации или новые проекты, для внутренней экономики происходит перераспределение капитала, а не его исчезновение.
Если же деньги превращаются в иностранные активы, возникает уже настоящий трансграничный отток.
Поэтому нынешние 1,194 трлн рублей дивидендов сами по себе еще не свидетельствуют о «выводе капитала». Но на фоне почти $400 млрд чистого финансового оттока с 2022 года и сообщений международной деловой прессы о новом перемещении средств состоятельных россиян за рубеж вопрос о том, где в конечном итоге оседают дивиденды крупнейших владельцев бизнеса, становится гораздо существеннее.
При сокращении корпоративной прибыли для инвестиционного потенциала экономики важен уже не столько размер дивидендов, сколько какая их доля возвращается в производство и остается работать внутри России.