Указом президента Путина численность ВС РФ увеличилась на 27 тысяч человек для формирования отдельных военно-строительных подразделений. Это позволит повысить эффективность работы военно-строительного комплекса, заявили в Минобороны России.
Источник фото: Соцсеть «Одноклассники»
Виктор Левин
Возвращение в прошлое советской армии
Возникновение военно-строительных формирований фактически знаменует возврат к практике советских стройбатов, упразднённых ещё в 2006 году. В Советском Союзе такие отряды действовали с 1955 года и принимали непосредственное участие в строительстве объектов атомной отрасли, космодрома Байконур, военных посёлков и оборонительных сооружений. После развала СССР численность стройбатов постепенно сокращалась, а к 2006 году институт военно-строительных отрядов был окончательно ликвидирован.
К началу 1956 года в системе военного строительства числились сотни тысяч человек. По открытым данным, только военных строителей тогда было свыше 231 тысячи. А если считать все строительные формирования, связанные с гражданскими министерствами, общее число доходило примерно до 733 тысяч человек. Это уже не маленькая вспомогательная служба, а фактически отдельная трудовая армия.
Позже стройбат стал еще более привычным явлением. В 1980-е годы военно-строительные отряды работали не только на Министерство обороны, но и на десятки гражданских ведомств. К 1990 году общая штатная численность военно-строительных частей вне обычной армии превышала 330 тысяч человек.
Источник фото: Соцсети. По поводу стройбатов в СССР была куча мемов
Не умеешь читать? Иди строить! Почему стройбаты считали непрестижными
Главная причина плохой репутации была простой: солдат хотел быть солдатом, а не бесплатным строителем. В обычной части он хотя бы понимал, что осваивает военную специальность. В стройбате многие два года таскали кирпич, месили раствор, копали траншеи, укладывали плиты и работали на объектах. Туда посылали служить самых малограмотных солдат, некоторые из которых не умели читать и не знали русского языка. Соответственно и нравы стройбатов были весьма суровыми с налетом откровенной дедовщины и засильем разного рода «землячеств».
При этом армейские обязанности никуда не исчезали. Был подъем, построение, командиры, наряды, казарма, дисциплина, проверки и устав. Только вместо нормальной боевой подготовки — стройка.
Получалась неприятная смесь: как рабочий ты трудишься физически, как солдат — не можешь уволиться, отказаться или уйти домой.
Сегодня, спустя примерно два десятилетия, государство вновь обращается к этой схеме. Однако есть существенное различие: эксперты отмечают, что новые подразделения будут формироваться не за счёт призывников, а из числа добровольцев, имеющих соответствующую квалификацию.
Подготовка кадров для новых структур уже стартовала. В июле 2026 года Министерство обороны анонсировало создание Военного инженерно-технического университета, задачей которого станет обучение специалистов для строительных подразделений ведомства. Как пояснил заместитель министра обороны генерал-лейтенант Павел Фрадков, новый вуз учреждается с целью «укомплектования управлений и отделов капитального строительства».
Глава Минобороны Андрей Белоусов ещё в конце 2025 года указывал на необходимость проработки нормативной базы и наполнения формируемых подразделений личным составом. Иными словами, процесс был запущен задолго до подписания президентского указа, и сам указ выступает лишь завершающим этапом целой серии подготовительных шагов.
Источник фото: Минобороны РФ. Военные строители строят жилье в Мариуполе
Сами строят — сами и контролируют
Решение о наращивании численности Вооружённых сил России на 27 тысяч человек, озвученное в контексте создания отдельных военно-строительных подразделений, — это не просто формальная корректировка штатного расписания, а сигнал о системном пересмотре подходов к обеспечению армии. Минобороны, судя по формулировкам, делает ставку не на привлечение гражданских подрядчиков, а на создание автономных армейских структур, которые смогут оперативно решать задачи возведения фортификационных сооружений, дорог, мостов и других объектов инфраструктуры в условиях, когда рынок подрядов перегружен или недоступен. Для войск это означает, что логистика и инженерное обеспечение перестают быть «внешним контуром» — они становятся внутренним ресурсом, подчиненным единой вертикали управления, что особенно критично в зоне боевых действий или при форс-мажорных обстоятельствах вроде стихийных бедствий.
С точки зрения кадровой политики, прирост в 27 тысяч — это крупный, но целенаправленный набор. Военно-строительные войска исторически существовали в России еще с советских времен, однако их масштаб и функции неоднократно сокращались в постперестроечный период. Нынешнее решение восстанавливает этот институт в новом формате: вероятно, речь идет о мобилизационном резерве, который привлекут из числа граждан, имеющих строительные специальности, либо о переходе части гражданского персонала военных ведомств на военные должности. В любом случае, это требует не столько боевой подготовки, сколько квалифицированных инженеров, сварщиков, монтажников и крановщиков, что предполагает отдельную программу отбора и обучения. Но будут ли зарплаты строителей конкурентоспособными с коллегами в гражданском секторе — большой вопрос.
Для Вооруженных сил в целом это решение улучшает управляемость тыловыми процессами. Если раньше возведение казарм, складов или укреплений часто зависело от срывов сроков у частных компаний, коррупционных схем и несогласованности в цепочке «заказчик — подрядчик», то теперь строительные батальоны находятся в прямом подчинении командованию. Это сокращает время развертывания, удешевляет проекты (без наценок посредников) и повышает безопасность — военные сами контролируют качество бетона, свай и целостность объектов, что особенно важно для оборонительных рубежей, где любая ошибка ведет к человеческим жертвам. В перспективе такие подразделения могут стать костяком для быстрого восстановления гражданской инфраструктуры в приграничных регионах после обстрелов.
Однако при всех плюсах есть и риски. Во-первых, содержание 27 тысяч военнослужащих в небоевых специальностях — это нагрузка на бюджет, которая требует постоянного обоснования: если в мирное время эти силы не используются, возникает вопрос об эффективности. Во-вторых, существует опасность дублирования функций: если военные строители займутся объектами, которые уже строят гражданские компании, это может привести к конфликту интересов и росту издержек. Наконец, низкая престижность военно-строительной службы по сравнению с боевыми частями может вызвать проблемы с набором добровольцев, особенно если контрактная система не будет предлагать достаточных льгот — жилья, повышенных окладов или социального пакета для семей.