Покупатели сельхозпродукции в Азии переходят к альтернативным поставщикам на фоне усиления атак в Черном море, которые сокращают экспорт из региона, в частности, из России и Украины, пишет Bloomberg. Из-за перебоев в поставках Индонезия, второй по величине импортер пшеницы в мире, закупила партии австралийской пшеницы на сентябрь и октябрь, отмечает агентство. Другие страны Юго-Восточной Азии также забронировали австралийское зерно, а покупатели из Бангладеш запросили предложения из Румынии. Запросы поступали также поставщикам из Северной Америки, говорится в материале.
Источник фото: Eldala.kz
Виктор Левин
Масложировой сегмент реагирует еще более остро, поскольку отрасль менее гибка к заменам. Индия, которая в обычные годы полагалась на стабильные потоки украинского подсолнечного масла, вынуждена диверсифицировать закупки сразу по нескольким направлениям. Пальмовое масло из Малайзии и Индонезии уже законтрактовано, но его физические свойства отличаются от подсолнечного, что требует перестройки рецептур в пищевой промышленности. Параллельно индийские переработчики начали импортировать соевое масло из Аргентины — это логистически сложнее и дороже, но безопаснее. Дополнительно запросы ушли в страны Балтии, которые сейчас перепродают подсолнечное масло, выращенное не на черноморском побережье, а в более северных регионах, что сказывается на вкусовых характеристиках и цене. Цепочка замещений растягивается на тысячи километров, и каждый переключатель добавляет к конечной стоимости продукции 5–8%.
Такая фрагментация рынка имеет долгосрочные последствия, выходящие за рамки одного сезона. Трейдеры в Сингапуре и Куала-Лумпуре уже пересматривают свои контрактные портфели на следующий год, закладывая в них обязательные опционы на поставку из двух-трех альтернативных регионов. Это означает, что даже если черноморский экспорт возобновится в полном объеме, доля России и Украины в азиатском импорте вряд ли вернется к прежним пиковым значениям — покупатели привыкнут к новой структуре рисков и будут платить премию за предсказуемость. Австралийские фермеры, которые годами жаловались на низкие цены из-за конкуренции с черноморским зерном, сейчас фиксируют фьючерсные контракты с рекордной наценкой, что стимулирует их расширять посевы под пшеницу в сезоне 2026–2027 годов.
В то же время азиатские правительства усиливают государственные интервенции для обеспечения продовольственного суверенитета. Филиппины и Вьетнам обсуждают создание стратегических резервов зерна объемом в два-три месяца потребления, что потребует дополнительных закупок уже в четвертом квартале. Япония и Южная Корея, менее зависимые от черноморского импорта, тем не менее внимательно следят за динамикой, так как цены на пшеницу в Австралии и Канаде будут расти под давлением азиатского спроса. В Бангладеш уже начали прорабатывать сценарии снижения пошлин на импорт продовольствия, чтобы сгладить ценовой шок для внутреннего рынка. Все это создает эффект снежного кома: чем дольше длится военная нестабильность в Черном море, тем глубже структурная перестройка мирового рынка зерна и масел, которая не обратится вспять даже при политическом урегулировании.