Студия «Союзмультфильм» объявила о глубокой трансформации своего производственного процесса, планируя в 2026 году полностью перейти на создание анимационных проектов с применением искусственного интеллекта.
Константин Любимов
Как сообщила председатель совета директоров Юлиана Слащева, классические методы создания мультфильмов становятся чрезмерно затратными: стоимость производства одной минуты в последний период достигала 350-700 тысяч рублей. Интеграция нейросетных технологий направлена на существенное сокращение этих расходов.
По словам Слащевой, уже в текущем году будут представлены работы, целиком выполненные ИИ, при этом качество изображения не будет отличаться «технической» холодностью и сохранит естественность для зрителя. Параллельно студия меняет подход к взаимодействию с аудиторией. Теперь перед широким релизом в интернете размещаются короткие вертикальные видео, позволяющие оценить публичный интерес.
Если реакция оказывается положительной и устойчивой, проект получает полноценный прокат. Слащева также отметила, что Россия продолжает оставаться одним из редких рынков, где детское и семейное кино устойчиво популярно. В других странах, согласно её наблюдениям, основной доход кинопроката формируют жанры боевиков, триллеров, фантастики и приключений.
Опираясь на устойчивый внутренний спрос, «Союзмультфильм» намерен усилить и свою экспортную стратегию. Анимация, созданная с применением ИИ, изначально лишена жесткой культурной привязки к конкретной графической школе, что может повысить её привлекательность для международного рынка. Студия планирует адаптировать контент не только путем перевода, но и с помощью тонкой культурной кастомизации образов и сюжетных нюансов силами тех же нейросетей, стремясь занять нишу качественного семейного контента в глобальном пространстве.
Критики и часть профессионального сообщества выражают опасения, что массовый переход на ИИ может привести к унификации стиля и утрате уникального «дыхания», присущего ручной работе. Однако руководство студии подчеркивает, что технология служит лишь средством, а душа проекта по-прежнему рождается в сценарной комнате и на режиссерской раскадровке. Задача заключается не в замене человека, а в освобождении его от рутины для сосредоточения на сути — на истории, эмоциях и смыслах.
Ожидается, что к 2030 году обновленный производственный цикл позволит «Союзмультфильму» увеличить выпуск оригинальных проектов в полтора-два раза при значительной экономии ресурсов. Это откроет возможности для реализации более смелых и даже авторских замыслов в рамках семейного кино, а также для омоложения классических франшиз студии. Трансформация, начатая в 2026 году, рассматривается не как разовый шаг, а как долгосрочная стратегия по сохранению лидерства в новой медийной реальности.
Какие профессии убивает ИИ в первую очередь?
Этот вопрос мы задали одному из умных чатов вот какой развернутый получили:
Искусственный интеллект, особенно в своих современных проявлениях в виде генеративных моделей и систем автоматизации, целенаправленно и необратимо трансформирует рынок труда. Под «убийством» профессии понимается не мгновенное исчезновение, а постепенное вытеснение человеческого труда из ключевых задач, снижение его экономической ценности и, как следствие, сокращение количества специалистов. Первыми на этом пути оказались профессии, основанные на рутинных когнитивных и административных операциях. Данные-клерки, операторы ввода, простые бухгалтеры, выполняющие типовые проводки, и многие сотрудники кол-центров уже сталкиваются с автоматизацией. ИИ не просто быстрее обрабатывает массивы информации — он учится на них, находит аномалии и генерирует отчеты, оставляя человеку лишь роль контролера финального результата. Это не значит, что все бухгалтеры исчезнут, но их роль сместится в сторону стратегического анализа, аудита и консультирования, а рядовые позиции будут сокращаться.
Сфера перевода и локализации переживает тектонический сдвиг. Нейронные сети, обученные на миллиардах пар текстов, сегодня выдают перевод приемлемого качества для большинства бытовых, коммерческих и технических задач. Это резко снижает потребность в штатных переводчиках для рутинных документов, локализации простого контента и даже для синхронного перевода на некоторых мероприятиях, где внедряются системы вроде «ИИ-синхрониста». Профессия не умрет, но сузится до элитарного сегмента: перевод высокой литературы, сложных юридических текстов, где критичен культурный контекст, и работа с живыми выступлениями на высшем дипломатическом уровне. Массовый рынок захватывают алгоритмы, а специалист будущего будет скорее редактором и лингвистическим корректором машинного перевода.
Творческие индустрии, долго считавшиеся неприкосновенной крепостью человеческого духа, также подвергаются переоценке. ИИ генерирует коммерческие иллюстрации, дизайн логотипов и простые рекламные макеты, сочиняет новостные заметки, спортивные обзоры и даже базовые сценарии для контента. Это ставит под удар позиции начинающих дизайнеров, копирайтеров и журналистов, чьи задачи лежат в плоскости производства стандартизированного продукта. Клиент, которому нужен незамысловатый баннер или SEO-статья, всё чаще может получить удовлетворительный результат за секунды и почти бесплатно. Выживут те, кто поднимется на более высокий уровень: концептуалисты, арт-директора, авторы с уникальным стилем и глубокой экспертизой, способные создавать сложные нарративы и управлять творческим процессом, используя ИИ как инструмент, а не как замену.
Опасности подвергается и среднее звено в таких областях, как право, медицина и программирование. Юристов, занимающихся типовыми договорами, проверкой due diligence или анализом однотипных судебных прецедентов, может заменить система на базе ИИ. Врачи-диагносты, особенно в рентгенологии и патологической анатомии, всё больше полагаются на системы компьютерного зрения, которые с высочайшей точностью выявляют аномалии на снимках. Младшие программисты, пишущие шаблонный код, уже используют Copilot и аналогичные инструменты, которые ускоряют работу, но и сокращают потребность в большом количестве «кодеров». В этих сферах ИИ не устраняет профессию полностью, но безжалостно «срезает» её нижние ярусы, делая вход в профессию сложнее и смещая фокус на навыки высокого уровня: комплексное лечение пациента, стратегическое судебное представительство, архитектуру сложных систем.
Таким образом, ИИ «убивает» не столько целые профессии в одночасье, сколько их архаичные, рутинные и шаблонные формы. Он действует как великий оптимизатор, избавляя экономику от трудоемких операций и одновременно создавая запрос на новые компетенции. Конечной целью становится не ликвидация человеческого труда, а его перераспределение в зоны, где незаменимы критическое мышление, эмпатия, сложное творчество, этический выбор и стратегическое видение — пока что это территория, недоступная даже самому продвинутому алгоритму.