Топливный кризис в стране возвращает родовые черты социалистического прошлого — дефицит и очереди. Власти Забайкальского края пошли дальше — они реанимируют и плановую экономику. Губернатор объявил о создании государственной компании, которая будет закупать и распределять нефтепродукты.
Фото: rupor.md
Елена Иванова
Субъект возвращает плановое госуправление топливного комплекса
Глава Забайкалья Александр Осипов заявил о создании в крае государственного оператора нефтепродуктов, который займется закупкой, импортом топлива и его распределением между промышленностью и розницей. Губернатор рассказал о новом порядке управления рынком нефтепродуктов после совещания с профильным вице-премьером и ответственным за преодоление кризиса в стране Александром Новиком.
Забайкалье наряду с югом России считается одним из регионов, особенно сильно пострадавшим от дефицита топлива в стране. Решение этих проблем особенно показательно — распределение нефтепродуктов действительно происходит в ручном режиме. Вице-премьер по просьбе губернатора дает указание двум нефтяным компаниям страны «Роснефти» и «Газпромнефти», работающим в крае, увеличить отгрузку бензина и дизеля местным АЗС вдвое.
Теперь власти края хотят узаконить эту практику. Рыночные механизмы распределения топлива больше не действуют, и ответственные за экономику Забайкалья будут получать бензин и солярку, пользуясь ресурсами государства. Помимо этого, закупки топлива за границей будут осуществлять не трейдеры, а эта самая структура. Очевидно, что и ценообразование для бизнеса и розницы будет также прерогативой оператора. Фактически в крае воссоздается мини-министерство нефти и газа времен СССР.
Фото: ТГ В Забайкалье больше всего независимых АЗС в стране
Самый рыночный регион страны по топливу встает под госконтроль
По состоянию на 2025-2026 годы, на территории края работают около 140-160 АЗС. Точных данных нет, но структуру рынка позволяют определить некоторая информация властей, участников рынка, а также карты «Яндекса».
Большую часть топливного рынка края занимают частные региональные операторы. На долю госкомпаний «Роснефти» и «Газпромнефти» приходится около 30%. В Забайкалье работает около 30 АЗС «Роснефти» и не более 15 заправок «Газпромнефти».
Если в целом по стране независимые компании контролируют около 40% АЗС, то в Забайкальском крае эта цифра составляет 70%. Из-за этого регион сильнее реагирует на любые перебои с поставками бензина: если ВИНК могут снабжать собственные АЗС с принадлежащих им НПЗ, то независимые операторы полностью зависят от закупок на бирже и оптовом рынке.
Именно поэтому в периоды дефицита топлива в первую очередь проблемы возникают у частных сетей. В обычной, не-кризисной реальности региональные операторы покупают топливо на Петербургской товарно-сырьевой бирже или у оптовых поставщиков в Ангарске, Ачинске или напрямую на других НПЗ. Своей переработки у них нет. Поэтому как только начинают расти цены на бирже или на НПЗ, они первыми страдают от этого.
Нынешний кризис отличается от всех предыдущих, поскольку он вызван не проблемами между топливными властями страны и нефтяными гигантами, которые не договорились по субсидиям, а физическим отсутствием бензина и солярки в стране, потому что НПЗ остановили или сократили производство. Именно поэтому регионалы не могут закупить топливо у ВИНКов — им его банально не продают, потому что самим не хватает для снабжения собственных заправок.
По мысли властей, госоператор сможет быстрее и эффективнее решить проблемы распределения, чем частники.
Госуправление в снабжении топливом: от полурынка к полугосударству
Очевидно, что новая инициатива относится к разряду чрезвычайных. У властей не остается никаких рычагов влияния на нефтяные корпорации, которые и так всегда были «государством в государстве». Однако воссоздаваемая советская система управления топливными потоками вряд ли решит проблемы региона.
Государственный оператор должен стать посредником между независимыми владельцами АЗС, живущими от продажи топлива, и другими участниками рынка, каким бы зарегулированным он не выглядел. С кем и как будет договариваться ГУП и на каких условиях? Судя по планам, госоператор становится участником внешнеэкономической деятельности. Есть ли у региональных властей такие специалисты, которые грамотно, авторитетно и, главное, быстро наладят топливные потоки?
Государство и так не отличается большими компетенциями в управлении своими активами. Но действовать между частными по сути и по духу компаниями комиссарам от администрации придется с места в карьер. И самое главное — какими полномочиями власти региона и отрасли обеспечат своего оператора? Вполне может случиться так, что распределять топливо в Забайкалье придется снова из Москвы.
Фото: Номерник ру Талоны на бензин были в СССР частью системы распределения
Как была устроена система управления ТЭК в СССР
В СССР вся цепочка находилась под управлением государства.
Министерство нефтяной промышленности СССР отвечало за добычу и переработку нефти.
Государственный комитет по материально-техническому снабжению СССР (Госснаб СССР) распределял нефтепродукты между республиками, министерствами и крупными потребителями.
Госкомнефтепродукт СССР (в разные годы — Главное управление по обеспечению нефтепродуктами) организовывал хранение, транспортировку и отпуск топлива через нефтебазы и АЗС.
Система работала по многоступенчатому плану. Госплан определял, сколько бензина, дизельного топлива и других нефтепродуктов должна произвести каждая нефтеперерабатывающая отрасль. Госснаб распределял объемы между союзными республиками. В республиках и областях устанавливались лимиты для сельского хозяйства, армии, промышленности, автотранспортных предприятий, коммунальных служб, розничной сети АЗС. Нефтебазы получали строго определенные объемы топлива и распределяли их между заправками.
Если топлива не хватало, существовала жесткая очередность обеспечения. Сначала солярку и бензин получали военые. Во время посевной и уборочной приоритет отдавался сельскому хозяйству. Свою долю получала авиация и железная дорога, а также грузовой транспорт. И только когда все важные участники экономики были обеспечены, наступал черед коммунальных служб и в самом конце — населения.
Именно поэтому в кризисные периоды ограничения прежде всего ощущали владельцы личных автомобилей.
Многие организации получали топливо не по потребности, а по утвержденным лимитам. Например, автоколонне выделялось определенное количество тонн бензина на квартал. Изменить лимит можно было только через вышестоящие органы, а перерасход требовал специального согласования.
Практически все АЗС принадлежали государству. Они получали топливо по утвержденному графику с ближайшей нефтебазы. Если нефтебаза получала 500 тонн бензина АИ-93 на месяц, то заранее было расписано, сколько тонн отправить на каждую заправочную станцию.
Госплан — не панацея от дефицита топлива
Дефицит в СССР был всегда. Особенно ощутимым нехватка всего, в том числе, и топлива, была в конце 1980-х годов.
Несмотря на то что СССР добывал огромные объемы нефти, возникали проблемы из-за роста внутреннего потребления, недостаточных мощностей нефтепереработки, логистических сбоев, административных ошибок в планировании, увеличения экспорта для получения валютной выручки.
В 1989–1991 годах во многих регионах вводилась продажа бензина по талонам, ограничения на объем заправки, а также длинные очереди на АЗС.
Все эти гримасы дефицита автолюбители и бизнес испытывают на себе и сейчас.
Поэтому возникает вопрос: если 30-40 лет назад плановая экономика не спасла от кризиса, почему она сможет это сейчас? Поэтому госоператор нефтепродуктов больше выглядит как пиар, чем действенное средство, способное побороть топливный кризис, причины которого находятся очень далеко от Забайкалья.
Как говорится в бессмертной комедии Александра Грибоедова «Горе от ума»: «Шумим, брат, шумим».