Спад в черной металлургии начался в 2024 году. Маржинальная отрасль показала значительное сокращение не только в производстве стали, но и в сбыте внутри страны и за ее переделами. 2025 год ситуацию усугубил. Металлурги просят помощи государства, эксперты говорят о системном кризисе.
Елена Иванова
Кризис металлургии носит системный характер
Ситуация в металлургической отрасли остается напряженной второй год подряд, говорят эксперты ЦСР в своем докладе «Как охлаждалась сталь».
Фото: Падение производства легированных сталей в 2025 году упало на 14%. Источник: Pompe Morgen
По итогам 11 мес. 2025 года производство легированных сталей упало на 14%, общий показатель производства сталей опустился на 4,4%.
Прокат сократился на 5,4%, а выпуск труб, профилей и фитингов – на 12%.
Лучше всего дела шли в производстве чугуна, и то потому, что номенклатура низкого передела, в отличие от высокотехнологической продукции, востребована за границей.
— Покупают примитивные вещи. У нас увеличился экспорт железной руды, причем, на десятки процентов. У нас увеличился экспорт палет, у нас увеличились металлизированные окатыши. У нас все нормально с заготовкой. Исчезли блоки, которые были завязаны в рамках операционных связей между нашими заводами в стране и теми, которые за границей. «Северсталь», например, имела в Италии много заводов. Туда поставляла заготовку, из заготовки делала прокат, зарабатывала на европейском рынке. Когда попросили из Италии – что делать? Сейчас экспортируют в Азию, — сравнивает новую и старую модели сбыта д.э.н., профессор, заведующий лабораторией Института народнохозяйственного прогнозирования РАН Игорь Буданов.
Экономист считает, что нынешние проблемы металлургических гигантов России лежат в недалеком прошлом, когда главный источник извлечения прибыли переместился из своей страны в чужие. Безудержное увлечение экспортом и строительство предприятий за границей в условиях санкций сыграло со стальными баронами злую шутку.
— Они строили заводы в Америке, модернизировали заводы в Европе, в какой-то момент им сказали: все, спасибо, вы свою роль выполнили. Это было сопряжено не только с утратой текущих доходов, но и с утратой капитала, который был вложен во все эти программы. Заводы же продавались им не бесплатно, — напоминает Игорь Буданов.
Фото: Кризис в металлургии сопоставим с 2008 годом. Источник: maghrebemergent.news
Как в 90-е? И да, и нет
Текущий кризис в чёрной металлургии сопоставим с 1990-ми и 2008 годом по глубине и длительности, но отличается по своей природе: если тогда отрасль рухнула вместе с экономикой, то сейчас она страдает от изоляции, потери рынков и структурного перекоса между мощностями и спросом.
В отличие от 1990-х годов, экономика сжимается, замыкаясь сама на себя под влиянием санкций, закрытий экспортных рынков, высокой ключевой ставки. Финансовое положение компаний стабильное, хотя денег на развитие нет. Заводы обладают современными технологиями и мощностями, но и как 30 лет назад, они оказались недозагруженными.
И все-таки эксперты говорят, что бить во все колокола еще рано.
— Такого кошмара пока, надеюсь, не будет. То, что мы сейчас наблюдаем, близко к уровню кризиса 2014-2015 года, тогда тоже было не очень здорово. Просадка пока сильно меньше, чем это было в 2008 году. Безусловно, ситуация тяжёлая, но кричать, что всё пропало не стоит. Мы переживали и более тяжёлые времена, — считает независимый промышленный эксперт Максим Худалов.
Фото: Повышение акцизов и тарифов РЖД на импортный металл мало помогут отрасли, предупреждают эксперты. Источник: eacs.group
Главное – нет спроса
По мнению экономиста Буданова, эффективным производство никогда не станет, если потребление убыточное.
Парадокс внутреннего российского рынка металлов проявился даже тогда, когда западные концерны открывали один за другим сборочное производство, и выпуск автомобилей вырос в три раза, а потребление металла на отечественных заводах уменьшилось на 15%.
— Автомобили собирались из западных комплектующих, из того металла, который мы отправляли на запад, где его перерабатывали и отправляли нам уже в виде тех или иных металлических изделий.
Сейчас ситуация ухудшилась многократно, считает Игорь Буданов:
— У нас в стране отрасли, потребляющие металл, убыточные. Соответственно рано или поздно, если потребитель убыточный, то и производитель попадает в тяжелое положение.
— Какие отрасли Вы имеете в виду?
— Машиностроение, сельхозмашиностроение, вагоностроение. Все отрасли машиностроения плюс сейчас добавилось и строительство.
Хуже сокращения объемов только падение цен
В отличие от всей остальной экономики, на металлургическом рынке страны и за рубежом наблюдается противоположная картина: цены на сталь и металлы падают. По данным Белорусской универсальной товарной биржи, индекс цен на номенклатуру изделий из черных металлов снизился в 2025 году на 7%.
В России цена на сталь на базисе СPT («с доставкой до») Москва в октябре 2025 г., по данным агентства Metals & Mining Intelligence, составила примерно 53 000 руб./т, что на 21% меньше, чем в октябре 2023 и 2024 гг.
При этом годовая инфляция в России в 2025 году составила 7,74%.
Экспортные цены также снижались. Стоимость российской стали уменьшилась в 2025 году в среднем на 12%. Это худшие котировки за последние 9 лет. С 2021 года средняя цена горячекатаного стального проката на базисе FOB («с погрузкой на судно») Черное море сократилась почти вдвое.
Фото: Металлургию спасет стройка. Источник: Царицыно Инфо
Металлурги опять просят помощи у правительства
Ассоциация производителей отрасли «Русская сталь» ведет переговоры с правительством о мерах по поддержке отрасли.
Речь идет о введении акциза за импортную сталь, но как говорит независимый промышленный эксперт Масим Худалов, это «мертвому припарки» — из 38 млн т потребляемых металлов китайский и казахстанский импорт с трудом доходит до 2 млн т.
Главная помощь отрасли лежит внутри страны, считает эксперт:
— У нас 70% — 80% стали потребляется стройкой. Как только стройка себя плохо чувствует, а при действующей ключевой ставке уже и «Самолёт» бьёт в колокола, просит обратить на него внимание и помочь реструктурироваться — все это говорит о том, что у нас сейчас нет поддержки внутреннего спроса. Машиностроение даже если бы оно развивалось, как это было в 2022-2023 годах, всё равно неспособно переварить такие объёмы стального проката. Остаётся уповать только на возрождение строительной отрасли, но пока с такой ставкой об этом даже смешно рассуждать.
Чтобы защитить внутренний рынок от конкурентов из Китая и Казахстана, металлурги просят ввести 40-45% надбавки на железнодорожные тарифы металлопроката. Российские экспортеры платят такую надбавку в размере 8%. РЖД, которая за 10 лет заработала на этом 75 млрд руб., такое предложение поддержит двумя руками. Но для потребителей внутри страны эта мера будет означать только одно – рост цен.
— Мы не избавляемся от импорта, просто цена на него увеличивается, что позволяет отечественным производителям так же поднять цены и на этом заработать. От этого спрос в стране не вырастет, а только уменьшится, потому что металл станет дороже. Это меры традиционные, к сожалению, разрушительные и для экономики в целом, и для самой металлургии. Она этими мерами подрывает своих потребителей. Делая металл дороже, она ставит своих потребителей, и без того находящихся в тяжелых условиях, в еще худшие условия, — говорит профессор Буданов.
Еще одна просьба отрасли к властям – повысить приоритет экспортных перевозок, особенно на восточном направлении. Руководитель аналитического отдела ИК «Риком-Траст» Олег Абелев считает, что все зависит от объема перевозок:
– Тарифы тарифами, а объемы объемами. Если получится, что будут фиксироваться случаи непредъявления со стороны металлургов в тех или иных регионах грузов по согласованным заявкам по объемам, то тогда пропускные способности Восточного направления могут быть использованы не в полной мере. Чтобы не получилось так, как с угольщиками. Металлурги взяли и не предъявили объем продукции к перевозке, хотя его и заявили. Любая непредъявленная тонна или центнер металлургической продукции будет означать 2 неперевезенные тонны другой продукции.
«Бизнес умеет преодолевать технические трудности, но не умеет решать стратегические проблемы»
Санкции, от которых страдают металлурги, изменили не сферу производства, а систему видения бизнеса. Офшоры ушли в прошлое, центры прибыли частично переместились в Россию. Однако возвращение денег не
Означало автоматически, что повысилась инвестиционная активность, говорит экономист Буданов.
Когда экономика входит в стагнацию, главном вопросом для отраслей становится такой: как генерировать спрос? Одно из предложений экспертов – пополнять складские запасы. Но этому мешает высокая ключевая ставка.
— За последние два года складские запасы практически съедены, люди предпочитали продавать то, что есть на складе и кидать деньги на депозиты. Странно было бы, если бы они поступали по-другому при таких банковских ставках, — напоминает Игорь Буданов.
Еще один из способов помочь отрасли – создание госрезерва по примеру США или Китая. Правда, о резерве черных металлов в этих странах давно нет никаких сведений. Зато в Америке есть госрезерв нефти и редкоземельных металлов.
В России таких резервов так и не было создано.