Цена на газ на европейской бирже перешагнула психологический порог 500 долларов за 1000 кубометров. Такого не было с марта прошлого года. Газа Европе не хватает, а холодная погода гонит цены вверх. Диверсификация поставок голубого топлива закончилась переходом на американский СПГ, а проблемы остались. О выборе без выбора в энергетической политике Евросоюза рассказал директор Центра исследований в нефтегазовой сфере НИУ ВШЭ Вячеслав Кулагин.
Фото: sputnik.by
Елена Иванова
«Европа пересела с российской газовой иглы на американскую»
— ПХГ пустеют, потребление растет. Сколько газа не хватает Европе?
— Сейчас это порядка 80 млрд кубометров, может, даже повыше. В этой цифре заложен не только газ. Там частично и поставки нефтепродуктов, комплекс всего, что есть.
— Россия откатилась на четвертое место по объемам поставок, однако ситуация лучше не стала. С российской газовой иглы пересели на американскую? Америка использует тот же самый механизм?
— Пересели европейцы на более тонкую иглу. Понятно, что США может это использовать как инструмент давления. Когда пересаживались, казалось, что угроза там, в России, а не здесь, не задумываясь, что угроза может быть с американской стороны тоже. Но это реально произошло в текущей ситуации, и США это делали вполне сознательно.
— Каким образом?
Они убеждали европейцев, что нужно обязательно подписывать долговременные контракты, чем больше сроки поставок СПГ, тем лучше. Такой риск очень существенный, особенно в условиях, когда такие страны, как Германия, еще и отказались от атома.
«Есть только три поставщика, которые могли бы поставлять большие объемы»
— Есть ли возможность для ЕС как очень крупного рынка диверсифицировать поставки газа?
— Есть три крупнейших поставщика – Россия, США, Катар, которые могут предложить Европе большие объемы. Катар сейчас больше работает на азиатский рынок. Там тоже заключались долгосрочные контракты, но часть объемов шла в Европу. Из крупного больше серьезного ничего нет.
— Крупный игрок на рынке СПГ Австралия…Что с ней?
— Во-первых, там не такие большие мощности. Во-вторых, просто географически из Австралии в Европу везти достаточно далеко. Австралия поэтому и строит, и контрактует все объемы под азиатский рынок и поставляет в Японию и другие страны. Не будем забывать, что там активно работают те же американские компании. Понятно, что есть некоторые страны на мировом рынке, производящие СПГ, но там есть и сформированные цепочки поставок. Соответственно, в тех же австралийских проектах, помимо различных транснациональных компаний, активно участвуют японцы, чтобы обеспечить поставки к себе, соответственно, есть контрактация этих поставок.
— В 2022 году казалось, что Европа не сможет прожить без российского газа ни месяца. И все поменялось за год. Почему сейчас это невозможно?
Теоретически, чисто теоретически в очередной раз перераспределить логистику по миру можно. Но это приведет к очередному росту затрат, к нарушению контрактов, другим сложностям. Самое короткое транспортное плечо – из России. Тем более, дотягивается трубопровод с возможной гибкостью поставок. Если дальше смотреть по географии, кроме России, СПГ может поставлять тот, кто находится в Атлантике. А в Атлантике находятся США. Относительно недалеко находится Катар. Все остальные идут на больших расстояниях.
«Европа не будет вводить пошлины на энергоресурсы»
— Президент Трамп по вводит пошлины на европейские товары, то отменяет их, то грозит ввести, то опять включает заднюю. Есть ли у ЕС такое оружие как тарифы?
— Во-первых, про тарифные войны. Это, как правило, пошлины вводятся на ввозимые в страну товары. То есть чтобы подорожало, Европа должна ввести пошлины на ввозимые энергоресурсы. Это они вряд ли будут делать. Можно, конечно, вводить и экспортные пошлины. По-хорошему, все эти механизмы ограничиваются нормами ВТО, но за последнее время ВТО все уже забыли. Фактически это все не работает. Когда кто-то подает жалобу, ее некому физически рассматривать. Трамп вводит 10% пошлины на товары, ввозимые из Европы. Он ограничивает возможность продажи европейских товаров.
— Чем может ответить Европа?
— Если Европа вводит те же 10%, она получает более дорогой газ. Скорее всего, если будут отвечать, будут смотреть, на что именно это распространяется. Обычно когда идет тарифная война, стараются дать возможность собственным производителям. Мы ввели ограничения на ввоз импорта, а наши производители становятся более конкурентными, и мы завоевываем рынок.
В данном случае такая схема не работает, потому что нет своих производителей, которые могли бы нарастить производство. Любая пошлина, введенная европейцами – это прямое удорожание товара, воздействие на потребителя, чего они естественно не хотят. Поэтому здесь пошлины маловероятны, когда речь идет об энергоресурсах. Можно пытаться вводить другого типа ограничения, как это происходит с Россией, но тут встает вопрос – где взять другие объемы для замещения, тем более что остро стоит вопрос и о российских поставках СПГ на европейский рынок.
Если вдруг они будут пытаться заместить американский СПГ, тогда надо отказываться от идеи отказа от российского газа. Заместить и тот, и тот будет проблематично. Возникает ситуация, которую европейцы хотели бы избежать. Американцы это тоже понимают и попытаются этим воспользоваться.
Я не могу исключать, что здесь они будут более осмотрительными, но дальше газовый рынок, как и все другие рынки, будут находиться под влиянием решений геополитики, от того, как будет ситуация с Гренландией.
«Цены на газ будут выше, чем в прошлом и позапрошлом годах»
— Что будет с ценами на газ?
— Цены будут повыше, чем в прошлом и позапрошлом году. Снижение поставок российского газа делает энергобаланс более напряженным, что приводит к более высоким ценам. Даже без американского фактора есть драйверы, которые подталкивают цены к тому, чтобы они стали выше, чем годом ранее. А в плане Америки все зависит от того, как повернется ситуация, дойдет ли от разговоров до реальных действий. На том же форуме Трамп заявил, что хочет договориться, а не захватывать силой. Если договорились – это одна конфигурация. Если не договорились вообще ни о чем или будет силовая акция – это совершенно другая конфигурация с соответствующими последствиями. Здесь, действительно, не мало вопросов, которые придется решать.
«Атомная энергетика — это выбор, который сделала Германия»
— Может ли Европа обойтись меньшим количеством газа?
— В Европе увеличилась доля ВИЭ, но балансировать вариантов нет. Нужен газ. Где-то – уголь. Поэтому просто сказать, что мы перейдем на какую-то альтернативную энергию, уже не получится. Вариантов нет. Тем более, на такую короткую перспективу. Европа оказалась в достаточно сложной цепочке зависимости, причем, если говорить о том же газе, то здесь не только сменили Россию на США, но и одновременно и получили заметный рост затрат по себестоимости поставок. По сути была схема, по которой пожертвовали своей промышленностью, перешли на более высокие цены ради закупки у «правильного партнера». Сейчас оказывается, что правильный партнер может подкидывать сюрпризы не меньше, чем тот, кто казался неправильным.
— Реально ли восстановить в Германии АЭС?
— Такие варианты не рассматриваются. Они торжественно взрывали площадки, на который были АЭС. Частично объектов уже нет. Энергоблок АЭС – дорогая штука, которая долго строится. Если их вывели из эксплуатации и частично демонтировали, вводить вновь – достаточно дорогое решение. Уже даже после начала событий 2022 года у немцев еще сохранялась возможность оставить АЭС, они понимали все риски. Тем не менее было принято политическое решение. Это выбор, который сделала Германия.