ЦБ РФ обеспокоен долговой нагрузкой угольной отрасли, которая выросла ко второму кварталу 2026 года до максимальных значений. Теперь чтобы рассчитаться с банками, предприятиям в среднем понадобится от 7 до 10 лет по существующим задолженностям, и у них сейчас не хватает денег, чтобы выплатить даже проценты.
Фото: ТГ «Сибирский экспресс» Кредиторская задолженность угольной отрасли превысила ее годовую выручку
Елена Иванова
ЦБ РФ: «Долговая нагрузка достигла исторического максимума»
Губернатор Кемеровской области Илья Середюк, который, как и его предшественники, по должности выступает рупором угольной отрасли, заявил на ПМЭФ-2026, что из 18 остановленных в Кузбассе шахт две трети могут возобновить свою работу, если кризис завершится. Рабочая сила и средства производства на шахтах и разрезах, конечно же, сохранятся. Однако финансовые потери могут оказаться значительными.
Об этом говорится в «Обзоре финансовой стабильности» Банка России в IV квартале 2025 – I квартале 2026. Центробанк осторожно относится к публикации данных, которые могли бы сделать и без того кризисную ситуацию в той или иной отрасли еще хуже. Однако тренд в угольной промышленности налицо — долговая нагрузка достигла исторического максимума.
Последний раз Банк России публиковал данные о соотношении чистого долга к EBIDTA в конце 2025 года. Тогда этот показатель — сколько лет понадобится предприятию, чтобы выплатить банку долг с процентами — составил 6,7х. Переводя на общедоступный язык, получалось, что отдача долгов заняла бы около 7 лет. В других отраслях промышленности этот показатель значительно ниже и не превышает даже в среднем трех лет.
Если ЦБ говорит о том, что долговая нагрузка продолжает расти, это значит, что ситуация с декабря прошлого года ухудшилась. Эксперты говорят, что с высокой степенью вероятности в начале 2026 года он составлял 8-10х. За пять месяцев долговое бремя выросло еще на треть.
Еще боле тревожная ситуация с выплатой процентов по кредиту. По данным регулятора, покрытие процентов опустилось ниже единицы. Это означает, что компания зарабатывает меньше, чем она может заплатить по процентам банку. А это прямая дорога к дефолту.
Число реструктурированных кредитов растет
Банки, которые обслуживают угольные предприятия, начали потихоньку реструктурировать их долги. На конец 2025 года их доля в кредитном портфеле достигла 3,7%. Много это или мало?
Ещё летом 2025 года замминистра энергетики Дмитрий Исламов говорил, что кредиторская задолженность отрасли приближается к 1,5 трлн рублей и продолжает расти. Но на тот момент убыточных предприятий в отрасли было 62%. Сейчас их доля выросла до 73%. Это означает, что полтора триллиона уже пройдены, просто информация сейчас закрыта.
Даже если остановится на на этой цифре, масштаб проблем впечатляет. 1,5 триллиона рублей — это примерно вся годовая выручка отрасли в кризисные годы. Эта сумма сопоставима с годовыми инвестициями крупнейших сырьевых отраслей российской экономики. А если учесть, что кредиты заключены под 20% годовых, их обслуживание становится очень дорогим делом. По сути шахты и разрезы работают сейчас на банки.
Банки в «желтой» зоне
3,7% реструктурированных кредитов в портфелях российских банков — это не катастрофа, но уже сигнал тревоги. Качество кредитов ухудшается.
В спокойные годы изменять условия, по которым банки выдают деньги предприятиям, приходится в 1-2% случаев. В 2009, ковидном 2020 или 2022 годах их число в портфелях банков было значительно выше.
На сегодняшний день портфель корпоративных кредитов банков страны составляет 90 триллионов рублей. Получается, что пересмотрены условия выдачи денег на сумму 3-3,5 трлн рублей. Это больше годового бюджета многих российских регионов. Кроме того, реструктурируется каждый третий заемный рубль.
Исходя из этого, абсолютная сумма таких кредитов впечатляет.
Для российских банков, которые работают с угольными предприятиями — Сбер, ВТБ, Газпромбанк — этот уровень реструктурированных кредитов считается управляемым. Международная практика показывает, что до 3% уровень считается нормальным. Если пересматривать условия нужно в 3-5% случаев, это зона повышенного риска. Настоящие проблемы начитаются, если количество реструктурированных кредитов превысило 5%, а более 10% — уже банковский стресс.
Главное — динамика роста проблемных кредитов
Для банков важнее всего даже не количество таких долгов в портфеле, а динамика развития ситуации. Если она зафиксируется на 3-4%, то банковская система справится с ней. Однако Банк России требует от кредитных учреждений повысить резервы, что можно расценивать как косвенный признак дальнейшего ухудшения ситуации. Тем самым, регулятор признает, что часть заемщиков не вернет деньги.
Для возрождения отрасли, о которой мечтает кузбасский губернатор, это означает, что угольные предприятия и могут открыться после кризиса, но это не точно.
Во-первых, мало кто рассчитывает на то, что временный всплеск интереса к энергетическому углу продлится долго. Для угольной отрасли рост цен означает временную передышку, но не решает глубинных проблем.
Во-вторых, для второй волны распродажи шахт и разрезов нужны будут свежие деньги и новые идеи, например, углехимические производства, о которых мечтали еще в начале 2000 годов. Новые владельцы, которые пришли на смену государству, обещали шахтерам по заводу, производящему пластмассы и другие полезные вещи из угля, но реальностью это не стало. Откуда возьмутся проекты и финансирование, неизвестно. Поэтому слова губернатора звучат не как план действия, а как мантра для шахтеров: «Все будет хорошо».