Для поддержания стабильной демографической ситуации требуется, чтобы в среднем на каждую женщину приходилось 2,1 ребенка. Тем не менее, согласно расчетам Financial Times, в подавляющем большинстве стран мира — а именно в более чем двух третях из 195 государств — этот показатель оказался ниже критической отметки.
Источник фото: Плакат «Дети — счастье семьи. Дети — будущее народа. Будь здоров, новосел!» / худ. В. Иванов. М.: Государственное издательство изобразительного искусства (ИЗОГИЗ); Ленинградская фабрика офсетной печати Главполиграфпрома Министерства культуры СССР, 1955.
Виктор Левин
Демографический спад как долгосрочный тренд
Особую тревогу вызывает то, что резкое сокращение рождаемости теперь наблюдается и в государствах, которые традиционно считались развивающимися. Наиболее ярким примером служит Таиланд, где коэффициент рождаемости опустился до 0,78 ребенка на женщину. Если такая динамика сохранится, то в перспективе столетия население этой страны практически исчезнет. Та же судьба ждет Южную Корею и Японию.
В Мексике аналогичный показатель за последние четверть века уменьшился вдвое и к 2024 году составил всего 1,2 ребенка на женщину. Похожая ситуация складывается и в крупных городах африканского континента. Экономист Хесус Фернандес-Вильяверде в беседе с Frankfurter Allgemeine Zeitung подчеркивает, что демографический спад нельзя рассматривать как кратковременное отклонение — это долгосрочный тренд, способный сохраняться на протяжении жизни нескольких поколений.
Последствия подобного развития событий могут быть крайне серьезными: «Речь идет не о переходе от восьми миллиардов к шести миллиардам. Речь идет о пути от восьми миллиардов к нулю».
По мнению исследователя, мировое население достигнет своего максимума в 2050-х годах, после чего начнется его неуклонное сокращение. При этом многие страны сталкиваются с процессом старения населения еще до того, как успевают достичь высокого уровня экономического развития. Например, Мексика и Таиланд будут вынуждены нести финансовые обязательства, связанные с содержанием пожилых граждан, не имея при этом того запаса материальных ресурсов, которым располагают Германия или Япония.
Согласно результатам исследования, проведенного Университетом Цинциннати (США), одной из ключевых причин снижения рождаемости может быть массовое использование смартфонов. Молодежь уделяет все больше времени виртуальному пространству, что ведет к сокращению реального взаимодействия между людьми, нежели реальные встречи и секс. Среди прочих факторов эксперты называют экономические трудности и дефицит доступного жилья.
Плакат «Дети — радость советской семьи, будущность нашей страны» / автор О.П. Ногина, худ. В.С. Баюскин. М.: Издание Центрального института санитарного просвещения Наркомздрава СССР
Уровень рождаемости в России оказался не хуже многих развитых стран, но есть нюансы
В 2026 году суммарный коэффициент рождаемости (СКР) в России, по предварительным оценкам Росстата и демографических институтов, составляет около 1,42–1,48 ребёнка на одну женщину репродуктивного возраста. Это значение остаётся ниже уровня простого воспроизводства населения, который в современных условиях оценивается в 2,1–2,15. Однако важно отметить, что падение не является обвальным: по сравнению с 2023–2024 годами снижение замедлилось, что связано с частичным эффектом от мер семейной политики, принятых в предыдущие годы, включая расширение программы материнского капитала и введение единого пособия на детей с 2023 года. Тем не менее, эффект этих мер носит скорее стабилизирующий, чем стимулирующий характер, поскольку он не компенсирует демографическую инерцию, вызванную вступлением в репродуктивный возраст малочисленных когорт, родившихся в 1990-е годы.
Общее число родившихся в 2026 году оценивается в диапазоне от 1,19 до 1,24 миллиона человек. Это на 4–6% меньше, чем в 2025 году, когда было зарегистрировано около 1,26 миллиона рождений. Основной вклад в снижение вносит сокращение числа женщин в возрасте 20–29 лет, которые являются главной демографической «базой» для первых рождений. При этом наблюдается важный структурный сдвиг: средний возраст матери при рождении первого ребёнка продолжает расти и достигает 27,5–28 лет, что отражает социальные тенденции к более позднему созданию семьи, получению образования и построению карьеры. Этот процесс характерен не только для крупных городов, но и для средних населённых пунктов, хотя в сельской местности он выражен слабее.
Что касается распределения рождений по очередности, то в 2026 году сохраняется устойчивый рост доли вторых и третьих детей. На долю первых рождений приходится примерно 48–50% от общего числа, тогда как на вторые — около 34–36%, а на третьи и последующие — 14–16%. Это говорит о том, что семьи, которые решаются на второго и третьего ребёнка, чаще реализуют свои репродуктивные намерения благодаря государственной поддержке, включая субсидирование ипотеки для многодетных семей, налоговые вычеты и региональные выплаты. Однако количество женщин, готовых к первому рождению, сокращается, что связано с экономической нестабильностью, высокой стоимостью жилья и опасениями по поводу будущего. Таким образом, происходит «перекос» в сторону повторных рождений, который не может компенсировать общий дефицит первенцев.
Региональная картина в 2026 году остаётся крайне неоднородной. Лидерами по уровню рождаемости традиционно являются республики Северного Кавказа — Дагестан, Чеченская Республика, Ингушетия, где СКР достигает 2,2–2,5. Высокие показатели также фиксируются в Тыве, Алтае и некоторых районах Сибири, что обусловлено культурными традициями, более ранним вступлением в брак и меньшим влиянием урбанизационных процессов. В то же время в большинстве регионов Центральной России, включая Московскую, Тверскую, Смоленскую области, а также в Санкт-Петербурге и Ленинградской области, СКР не превышает 1,1–1,2. Эта дифференциация усугубляется миграционным оттоком молодёжи из депрессивных регионов в крупные агломерации, где уровень рождаемости ниже из-за высокой конкуренции за ресурсы и дороговизны жизни. В результате общероссийский показатель представляет собой средневзвешенную величину, скрывающую поляризацию между «благополучными» в демографическом отношении республиками и «вымирающими» областями Нечерноземья.