Цены на дизель в США перешагнули отметку в 5 долларов за галлон, и это не предел, говорят эксперты. Тем не менее, американские НПЗ работают на пределе возможностей и одновременно наращивают экспорт солярки. Какой нефти действительно не хватает на мировом рынке и почему котировки опускаются, хотя Ормузский пролив остается закрытым?
Фото: kut.org Цены на дизель в США опять пошли вверх и опережают рост стоимости бензина
Елена Иванова
Чудеса мирового топливного кризиса: какой нефти не хватает
Переговоры по открытию Ормузского пролива между США, Ираном и Оманом хотя и опустили цены на нефть на мировых площадках, но не решили главного вопроса: когда же, наконец, нефтяные танкеры с Ближнего Востока смогут беспрепятственно поставлять энергоносители потребителям.
Между тем мировой топливный кризис постепенно перерастает в дизельный. Действительно, нефти на рынке не хватает. По разным оценкам, он остается дефицитным на уровне от 1,5 до 2 млн баррелей в сутки. Но дело не только в том, что есть недостаток. Более важный вопрос — какой нефти не могут получить НПЗ?
Один из главных парадоксов нефтяного рынка в том, что легкие сорта не решают проблему дефицита. Из легкой малосернистой нефти получают больше бензина, больше нафты, но меньше дизеля и тяжелых дистиллятов.
Благодаря гидрокрекингу и коксованию современные НПЗ из тяжелой нефти получают значительно больше дизтоплива, авиационного керосина и масел, добавленная стоимость в которых значительно больше, чем в бензинах.
Яркий пример — США. В Штатах сами добывают легкую нефть, но переработка использует тяжелую. Причина еще и в том, что более 70% грузовых перевозок внутри страны работает на солярке. Эксперт Степан Демура говорит:
— У Штатов очень много легкой нефти, но 75% нефтепереработки заточено на сернистую, тяжелую нефть просто потому, что это выгоднее, и выхода дизеля и авиакеросина больше. Тяжелую нефть они получают из Мексики, Канады и, разумеется, из Венесуэлы, хотя компания «Шеврон», которая работает в Венесуэле, отказалась расширять добычу, потому что вкладываться в новые месторождения невыгодно. Поэтому они тихо дорабатывают на своих месторождениях и добывают где-то 1 млн баррелей в день.
Правда, картина не столь печальная, как рисует эксперт, и добыча, а с ней и экспорт из Венесуэлы в июле выросли более чем на 300 тыс баррелей в сутки, однако на общую ситуацию это влияет ограниченно.
Перекрытие Ормузского пролива только усилило структурный дисбаланс. Вопреки расхожему мнению о качестве ближневосточной нефти, половина поставок из Саудовской Аравии включала в себя тяжелую и среднюю нефть. Действительно, стране удалось наладить экспорт в обход пролива на уровне 4 млн баррелей в сутки, но нефть поступает из восточной части — Arabian Light, и она легкая.
Как устроен рынок дизеля
Более половины мирового рынка дизеля — 55% — находится в руках у компаний из пяти стран: США, России, Саудовской Аравии, Индии и Южной Кореи. Больше всего солярки поступает из США. Американцы контролируют более 15% всего экспорта. На втором месте — Россия. Наши нефтяные компании покрывают около 11% всех поставок дизеля. Саудовская Аравия, Индия и Южная Корея дают от 6 до 9%.
Китай хоть и производит солярки больше всех в мире, но отправляет на экспорт только 12%. Остальное поглощает китайская промышленность.
До недавнего времени США и Россия контролировали вместе экспорт каждого четвертого барреля. Атаки украинских дронов заставили российское правительство остановить экспорт дизеля. На два месяца российская солярка исчезла и оголила предложение на 0,8 млн баррелей в сутки. С 1 сентября российские ВИНКи получили разрешение на экспорт, но трейдеры по-прежнему под запретом. США наращивает экспорт дизеля и рискует получить дефицит дома
В начале августа США поставили на экспорт рекордные объемы дизтоплива, мазута и других тяжелых продуктов нефтепереработки, сообщило Министерство энергетики страны. Они составили 1.9 млн баррелей в сутки. Такого не было за всю историю наблюдений.
— У американцев явно дефицит в тяжёлой нефти, поскольку вся та нефть, которая шла во время перемирия, шла в страны Юго-Восточной Азии в Китай. Значит, запас у них теперь на уровнях, о которых никто не знает. На конец прошлой недели, по оценкам, было 200 млн баррелей в запасах. Они расходуют от трёх до четырех млн баррелей в день. Когда всё это обрушится, непонятно. Нефтеперегонные заводы , которые производит дизель, у них на 100% практически загружены. Ситуация подошла к своему логическому завершению, — считает Степан Демура.
Рынок дизеля в США находится в состоянии очень напряженного баланса, пишут аналитики Reuters. Дефицита этого вида топлива нет, однако запасы дистиллятов (дизель плюс печное топливо) на 12% ниже среднего пятилетнего уровня. Это означает, что любая внештатная ситуация, например, ураган в Мексиканском заливе, где располагаются заводы, или авария на НПЗ, или сокращение поставок тяжелой нефти, могут привести к нехватке топлива на АЗС.
Чисто теоретически власти США могут запретить экспорт дизеля, но этот вариант развития событий маловероятен. Запрет уменьшит прибыль НПЗ и сократит их загрузку, что только подстегнет кризис. К тому же сокращение объемов приведет к нарушениям в снабжении союзников в Европе и Латинской Америке.
Аналитики нефтяного рынка сейчас внимательно следят не столько за ценой нефти Brent, сколько за спредом между ценой сырой нефти и дизельного топлива (diesel crack spread). Исторически именно этот показатель лучше всего отражает риск возникновения напряженности на рынке нефтепродуктов. В 2026 году он остается одним из самых высоких за последние годы, что свидетельствует о том, что главным «узким местом» мировой нефтяной отрасли стала не добыча нефти, а переработка и выпуск средних дистиллятов.
Ключ от дизельного кризиса все там же — в Ормузском проливе
Как ни крути, все дороги ведут в Персидский залив. А здесь ситуация складывается явно не в пользу Америки. Аналитики Reuters пишут, что пять месяцев войны сдвинули «баланс интересов в регионе в пользу Ирана».
Российские эксперты прямо говорят, что Трамп проиграл Ирану.
— Какие есть перспективы открытия проливов? Ну пока что никаких. Насколько я понимаю, все договорённости с Ираном сводятся к тому, что, дорогой товарищ Трамп, давай-ка ты выполняй меморандум. Только теперь все твои обязательства будут выполнены прежде, чем будут открыты проливы. И мы ещё добавляем хуситов, Газу и Западный берег реки Иордан. Повторная капитуляция США уже будет на совершенно других условиях. Если вы посмотрите, что происходит, то Иран практически выдавил американцев в Израиль. Израильские аэродромы и базы сейчас забиты и военной авиации США, и транспортниками, и самолётами дозаправки, — напоминает Степан Демура.
Именно поэтому в цене на нефть сохраняется геополитическая премия. На фоне новых переговоров по проливу она сократилась, но аналитики считают, что ее доля остается весьма значительной.
Brent сейчас торгуется около 80 долларов за баррель. Если убрать из нее риски Ормузского пролива, атаки на танкеры, ограничения поставок дизеля и повышенные страховые ставки на перевозки, то фундаментальная цена, по оценкам ряда банков и аналитиков, могла бы составлять примерно 68–72 доллара за баррель. Разница и образует геополитическую премию порядка 10–12 долларов.
Все перечисленные риски сохраняются, поэтому трейдеры не готовы убрать премию. Если же Ормузский пролив откроется, а угроза новой войны в Персидском заливе снизится, нефть подешевеет.
Рынок видит, что дело идет к развязке. Когда это произойдет, не знает никто, но у одной стороны конфликта «тикают часики», говорит аналитик Демура:
— Я не знаю, когда наступит развязка, через неделю, две, три, месяц. Проблема в том, что у американцев просто нет времени. У них нет военных возможностей открыть пролив никаких от слова совсем, потому пошёл слив информации через Пентагон, который понимает ситуацию, в отличие от окружения Трампа, что оружия нет, ни высокоточного не осталось, ни ПВО, ничего. В общем-то, о чём давно говорилось, что американцы не заточены под такие войны со сколь-либо сильным оппонентом.