С началом официальной блокировки Интернета в столицах при отсутствии даже «белых списков» ситуация с малым и средним бизнесом ухудшится, но не принципиально. Как говорят сами предприниматели, дело их жизни уже давно под угрозой, а потери исчисляются миллиардами.
Фото: ВКонтакте. Только Москва теряет в день миллиард рублей при отключении Интернета
Елена Иванова
«Онлайн-торговля встала целиком и полностью»
Это видео облетело сегодня все социальные сети. Два таксиста стоят во «Вкусно и точка» и пытаются получить заказ на поездку. Интернета нигде, кроме там, где есть вайфай, нет. Заработка у водителей тоже не будет, по крайней мере, с 5 по 10 мая. Так обещали власти.
Видео: ТГ. Клиенты ждут такси в среднем от 16 до 26 минут в Москве
Отключения связи в столице происходят регулярно с начала 2026 года. О российской провинции и говорить нечего. В Калужской области, например, мобильный Интернет то появляется, то исчезает с прошлого лета, а проводной доступен в райцентрах и областном центре, потому что тащить оптоволокно по деревням бессмысленно — прокладка кабелей дорогая, а денег в глубинке нет. Жизнь в 100 км от Москвы выглядит так, говорит пенсионерка Ирина:
— Месяц уже не работает приложение Сбера. Во всех магазинах объявления, что оплата кьюар-кодом недоступна. «Озон» и «Вайлбериз» грузятся, но невозможно оплатить из-за Сбера. Навигатор не работает, все пытаются снять деньга в «Пятерочке». Там можно снимать при покупке до 5 тыс наличными, но с этим тоже проблема. В кассе деньги только утром, к середине дня остаются только 5-тысячные купюры, меньше снять нельзя. Все скандалят, когда нужно снять меньше. Кассирша говорит, что не знает, когда им привезут мелкие купюры. Сосед Борис переживает, что получил пенсию, но не может заплатить за телефон, электричество и интернет. Проводной интернет провести нереально.
Фото: «Химагрегаты» Цифровая оплата не работает не только в маленьких магазинах, но и в торговых сетях
Москва и Петербург ощутили первые прелести цифрового детокса, навязанного властями, еще в прошлом году, однако отключения проводились волнами. Последний крупный шатдаун в центре столицы случился в марте и продлился около недели. Тогда и стал понятен размер беды для бизнеса. Самыми пострадавшими оказались онлайн-торговля, курьерские службы, каршеринг, ретейл и интернет-компании.
Как сообщили «Коммерсанту» анонимные источники в IT-отрасли, ущерб за пять дней составил от 3 до 5 млрд рублей. Эльдар Муртазин в интервью журналу «Химагрегаты» дал схожую оценку потерь:
— Любые оценки сейчас умозрительны. Плюс-минус лошадь. Я думаю, для Москвы нужно отталкиваться от цифры в миллиард рублей в день. Очевидны потери потребительских бизнесов. Если не работает и проводной интернет, они не могут проводить и пробивать товары, падает оборот. В рестораны не едут, потому что не работает интернет. Плюс такси. Много отказов, сломанная навигация и прочее.
«Сегодня мы сталкиваемся с тем, что по факту у нас не работает обыденная жизнь. И здесь потери достаточно большие».
Шатдаун затронул не только Москву, но и второй по размеру рынка онлайн-торговли и услуг город страны — Санкт-Петербург. Если прибавить соседние области — Московскую и Ленинградскую, где уже месяц украинские дроны утюжат нефтяные порты, поэтому Интернета нет по факту нигде, то забота о безопасности населения будет стоить бизнесу под 10 млрд рублей. Впрочем, потери на самом деле выше, потому что перебои со связью случаются и без объявления. Просто встает утром человек, а у него не ни одного столбика на смартфоне.
Это ведет к изменениям в самой структуре цифрового бизнеса.
Сколько потеряла Россия в 2025 году из-за шатдаунов
По итогам прошлого года Россия стала чемпионам по блокировкам Интернета и их продолжительности. Издание Sostav со ссылкой на аналитиков пишет, что в 2025 году в стране было зафиксировано 37,1 тыс. часов отключений, замедлений и ограничений доступа к сети. Под ограничения попали 146 млн человек, то есть все граждане от младенцев до стариков. Пакистан, занявший вторую строчку антирейтинга, показал только 11 тыс. часов блокировок, или в три раза меньше, чем у нас. Совокупный ущерб экономике России составил почти 12 млрд долларов, или триллион рублей.
Скриншот: FirstVDS Нет Интернета — нет бизнеса, услуг и общения
«Мой сайт — это самый красивый цифровой памятник военторгу»
В «Телеграме» появился рассказ владельца магазина, который торгует как в Интернете, так и живьем. Он говорит, что за последние две недели у него не было ни одного заказа через Интернет. Торговля идет только через магазин, но даже удачный день не принесет хозяину и 10 тыс рублей прибыли — все уйдет на текущие расходы по содержанию магазина, закупке товаров и сайта.
— Онлайн-торговля встала вся. Сейчас я отдам огромные бабки за сайт, который будет висеть мертвым грузом, никто ничего покупать через этот сайт не будет. Это будет самый красивый цифровой памятник военторгу. Маркетплейсы тоже мертвы, «Авито» мертв, все платформы мертвы, — констатирует предприниматель.
Жизнь бизнесмен сравнивает с железной клеткой, которая с каждым днем сужается. Все, что он делает, обнуляется ежедневно. В каждом слове слышится отчаяние.
— Всё это было сделано моим родным государством за последние 12 месяцев абсолютно на пустом месте. Им нет ни смысла ни выгоды меня нагибать, но они меня нагибают. Я не знаю, чего они хотят, я просто живу своей жизнью и плачу налоги. В такой ситуации, видимо, придется закрывать лавочку к осени.
По данным ТПП, прибыль в первом квартале 2026 года не получили 65% МСП. Многие винят новую систему налогообложения. Но если бизнес не идет, потому что он изначально задумывался как цифровой, налоги платить тоже не с чего.
Фото: «Хабр». Час блокировки в день дает 1000 рублей допрасходов
Блокировки в IT-компаниях как налог
Пользователи «Хабра» посчитали, сколько стоит шатдаун в расчете на одного сотрудника. Блокировки обходятся бизнесам не менее 1000 рублей на одного работника в день, хотя эта оценка прикидочная. Фактом стало появление строчки в отчете о прибылях и убытках «Преодоление технических барьеров», которая убивает маржинальность.
При зарплате программисту на руки в 100 тысяч рублей, а на самом деле, 140 тысяч с налогами и социальными отчислениями каждый час стоит владельцу 800-900 рублей.
«Это суммарное время, когда сотрудник физически смотрит на заглушки блокировок, перебирает серверы для подключения или ищет работающее зеркало документации. Даже консервативная оценка в один час простоя в день стоит бизнесу полной часовой ставки — 800 рублей», — пишет автор.
К этому прибавляется инфраструктурный налог — закупка прокси, развертывание VPN-шлюзов, ротация IP-адресов и поддержка отказоустойчивых узлов.
Но и это не все. Если раньше сисадмин легко обслуживал 50 компьютеров, то сейчас ему приходится настраивать маршрутизацию, бороться с протоколами, а также отвечать не сотню нестандартных вопросов пользователей.
Если численность компании составляет 100 человек, то каждый день дает 1 млн рублей дополнительных расходов. Реальные убытки намного больше. Потому что люди — не машины. После каждого срыва им сложно вернуться в нормальной работе.
«Любой разработчик знает про «эффект переключения контекста». Чтобы загрузить в голову ментальную модель сложного модуля, нужно 20–25 минут. Представьте: в 11:00 вы вошли в поток. В 11:40 процесс завис или отвалился доступ к репозиторию. Следующие 15 минут уходят на «танцы с бубном»: переподключение VPN, поиск живого зеркала, мат в рабочем чате. Два-три таких разрыва в день дробят рабочий процесс в фарш. Реальная цена плохого интернета с учетом потери продуктивности взлетает до 2 000 – 3 000 рублей в день, особенно если мы говорим об инженерах».
Блокировки перестали быть временными трудностями, а превратились в налог. У предпринимателей есть два варианта — либо создавать надежную инфраструктуру, либо платить за хаос. И то, и другое стоит денег, и немалых.
Таксистам, ритейлу и курьерам остается только посочувствовать. У них никакого выхода из этой ситуации нет. Так что кому как повезет.