Как в реальной жизни выглядит импортозамещение в России? Об этом рассказал директор завода в Краснодарском крае (г.Армавир) «ТД «Кубаньжелдормаш» Владимир Яковлев. Вместо сделанного оборудования в стране чиновники поощряют поставки из Китая. Российскому бизнесу остается только один путь — закрытие.
Скриншот: Youtube
Елена Иванова
Импортозамещение или «китаезамещение»?
Несмотря на десятки миллиардов государственных денег, потраченных на программы импортозамещения, эксперты оценивают реальный переход на оборудование, произведенное в России, в 20-30%. Остальная продукция станкостроения и машиностроения, поставляемая на предприятия страны, приходит из Китая. В 2025 году от 40 до 50% оборудования было закуплено в Поднебесной.
Российский бизнес давно жалуется, что госкорпорации предпочитают их продукцию китайской. О своем опыте неучастия в тендере РЖД рассказал в соцсетях директор Торгового дома «Кубаньжелдормаш» Владимир Яковлев. Это единственное оставшееся предприятие страны, выпускающее гайковерты, но оно не смогло принять участие в тендере для железной дороги. Проблема треуголника «власть — госкорпорации — частный бизнес» настолько острая, что видео на заблокированном Youtube длиной 5 минут набрало за два дня более 239 тысяч просмотров, а тысячи граждан рассказали в комментариях о личном опыте импортозамещения.
«Наши госкомпании накладывают санкции на наших же производителей»
Я рассказывал очень много о том, что происходит именно в путевом корпусе, путевом подразделении железных дорог. И вот сегодня я вам хочу просто привести маленький пример, чтобы вы увидели не только, как вообще они обустраивают свои сделки, но и то, как они параллельно уничтожают заводы один за другим, потому что тут скрывать ничего не надо.
Были предприятия «Ремпутьмаш», которые занимались ремонтом путевой техники. Можно посмотреть, где сегодня эти предприятия, плюс можно посмотреть, что происходит с предприятиями, которые сегодня производят путевую технику. Это всё звенья одной цепи. Я вам просто на одном примере хочу показать, как как система создаёт условия для того, чтобы одни обогащались и параллельно разрушалась экономика страны, именно, реальный сектор.
«Мы как предприятие, которое может выпустить гайковерты серийно, в конкурсе не участвуем»
Конкурс, который сейчас проводится, №690 ОКЦ ЦДЗС/26. Его объявили на 561 гайковёрт, который производит наше предприятие. Эти гайковёрты раньше производили два завода: «Калугатрансмаш» и «Кубаньжелдормаш». В Калуге «Трансмаш» уже закрылась, на её месте жилищный комплекс строится.
Следующим по распорядку идём мы, чтобы нас уничтожить. Что они делают? Они объявляют конкурс на 561 гайковёрт. Это очень сложная техника, которую нужно изготовить до октября. Конкурсные процедуры жесткие. Сейчас конец апреля, уже май начнётся, и будет подведение итогов.
Мы не участвуем. Мы как предприятие, которое единственное их в России делает сегодня и может производить серийно, не участвуем, потому что конкурсные требования к этой закупке невозможны. Мы не можем выполнить эти условия.
Конкурс идет. Они пишут, кстати, главное требование в том, что продукция должна быть сделана в России. Первое, с чего мы начинаем, чтобы принять участие в конкурсе, мы должны заплатить 4,5 млн руб. Это размер обеспечения заявки. Это для того, чтобы мы просто могли подать документы. Если вдруг нас признают победителем, мы должны заплатить ещё 6,7 млн руб . Это для того, чтобы обеспечить исполнение договора.
Вы можете задаться нормальным вопросом, за чем им этот платеж. РЖД, видимо, переживают за этот заказ. Но нет, мы должны изготовить 561 гайковёрт за свои деньги, которые мы должны взять в банке, прокредитоваться, изготовить 561 гайковёрт, а потом ещё в течение 45 рабочих дней после того, как мы отгрузим, мы должны будем ожидать оплату. Сумма заказа составляет почти 250 млн. То есть мы должны на 250 млн сделать, грубо говоря, технику. Цикл производства этой техники это не 3 дня , понимаете? Мы эту технику будем делать несколько месяцев.
До октября не успеем произвести ее физически, поэтому не участвуем. Ну, помимо финансовых требований, которые мы не можем выполнить как предприятие, фактически созданы условия, которые ни один завод выполнить не может.
Что происходит дальше?
Можно задать вопрос: «А кто же победит?»
У нас в Минпромторге есть фирма из 14 человек. Сейчас они поднялись, 18 человек. Это такие великие производители, у которых зарегистрирован офис . И они «производят» и путевой инструмент и поставляют любые запасные части и так далее. Они это всё везут из Китая, привезут из Китая и поставят, грубо говоря, на РЖД. Мало того, к ним не будет претензий. Если они опоздают на месяц, на два, на них не будет ни у кого никаких даже вопросов, потому что те, кто этот конкурс организовывает и те, кто им будет поставлять, это практически так или иначе связанные дружбой люди. Вот и всё.
Я, собственно, почему этот вопрос задаю?
А просто а как в этих условиях вообще российским заводам выживать? У нас, понимаете, у нас такое ощущение, что на нас санкции наши госкомпании на нас как бы и накладывают, на нас. И это просто удивительно, потому что, ну, в общем-то, я понимаю, что один за другим все предприятия будут закрываться, закрываться, закрываться.
Я написал всем письма. Вы думаете, кто-то хоть как-то отреагировал? Реакции ноль. У меня вопрос: а если мы всем всем институтам исполнительной власти пишем, а они не реагирует, никто не отреагировал, то возникает вопрос: а мы вообще тогда нужны? Вот как предприятие, как завод, где работает 250 человек?
Нет, у нас мы сегодня в этих условиях, когда у нас забирают последний хлеб, мы сейчас будем сокращаться до 200 человек, 150, 100 человек и так далее, пока как бы вообще не сгинем.
В это время ваши же архаровцы, которые поставляют это всё из Китая, спокойно поставят, купят недвижимость и уедут из страны. Оттуда будут писать мемуары, какой был кровавый режим и как им тяжело всем жилось. Понимаете? Вы, получается, здоровых всех одного за другим перебиваете, как скот, а тварям даёте жить. Не только жить, вы им даёте ещё зарабатывать и быть, конечно же, патриотами. Ну вот как это у нас сегодня быть патриотом и им казаться, к сожалению.
Вот я вам просто маленький пример привел, как это происходит. Вот один маленький конкурс, от которого зависит жизнь завода и в котором никто не принимает участие, никто. Всем наплевать. Умирает завод, да и хрен с вами, скажем так. Вот и всё.
Спасибо.