Установленный мировой рекорд по мощности жесткого рентгеновского излучения способен расширить горизонты исследований реакции материи на предельно интенсивный свет и поможет в управлении химическими реакциями.
Евгения Васильева

Иллюстрация, на которой показан лазерный луч, исходящий из одной точки. Источник: Тимур Керимов/Pexels
Электроны в атомах и молекулах перемещаются настолько стремительно, что для наблюдения за их динамикой нужны световые вспышки продолжительностью лишь в миллиардную долю миллиардной доли секунды.
Сейчас исследователи разработали метод, позволяющий собирать подобные сверхкороткие рентгеновские вспышки в минимально малое пятно, за счет чего их воздействие на образец в точке попадания становится значительно сильнее.
В рамках эксперимента на Европейском рентгеновском лазере на свободных электронах (European XFEL) ученые получили рекордные показатели интенсивности и плотности потока аттосекундных импульсов жесткого рентгеновского излучения. Пиковая интенсивность превысила 1020 ватт на квадратный сантиметр.
«Это мировой рекорд по интенсивности и плотности потока жесткого рентгеновского излучения за аттосекунды», — отметил Итиро Иноуэ, ведущий исследователь и ученый из Токийского университета.
Данное достижение способно помочь специалистам в изучении отклика электронов на интенсивный свет и, в перспективе, в поиске методов управления ими в ходе химических реакций.
Как прецизионные зеркала накапливают энергию рентгеновского излучения
В эксперименте, проведенном в апреле 2026 года, применялись рентгеновские вспышки длительностью порядка 300 аттосекунд. Аттосекунда представляет собой одну миллиардную от одной миллиардной доли секунды, поэтому подобные импульсы пригодны для исследования самых быстрых процессов с участием электронов.
Исследователи пропускали импульсы через усовершенствованную оптическую систему Киркпатрика — Баэза (AKB), включающую два прецизионных зеркала. Каждая вспышка отражалась от зеркал четыре раза. Одно зеркало фокусировало рентгеновские лучи по вертикали, другое — по горизонтали, собирая луч в пятно размером всего 180 × 330 нанометров.
Иными словами, исследователям удалось сфокусировать рентгеновские лучи на площади, примерно в 100 000 раз меньшей поперечного сечения обычного человеческого волоса.
Отдельного внимания заслуживает методика фокусировки. Система Киркпатрика — Баэза строится на двух зеркалах, поверхности которых имеют специально рассчитанную форму: она обеспечивает наклонное отражение под малыми углами, при котором рентгеновские лучи практически не поглощаются.
Вертикальная и горизонтальная фокусировка разведены по разным элементам, что позволяет независимо управлять размером пятна в обоих направлениях и компенсировать искажения, возникающие при отражении.
Четырехкратное прохождение луча через систему увеличивает эффективную длину взаимодействия с оптикой и одновременно ужесточает требования к точности юстировки: отклонение поверхности зеркала на доли нанометра смещает фокус и снижает достижимую интенсивность.
Это достижение опирается на более ранние работы в Европейском рентгеновском лазере на свободных электронах, где исследователи продемонстрировали аттосекундные импульсы жесткого рентгеновского излучения мощностью в тераватты. Однако создание мощных импульсов — лишь часть задачи.
Энергия также должна достигать образца в достаточно концентрированном виде, чтобы обеспечить нужный эффект. С этой проблемой сталкиваются и другие технологии рентгеновского лазера, применяемые для изучения материи на микроскопическом уровне.
«Несколько лет назад мы продемонстрировали аттосекундные – длительностью 10⁻¹⁸ секунды — импульсы жесткого рентгеновского излучения тераваттного масштаба на европейском рентгеновском лазере. Но генерация мощных импульсов — это только первый шаг. Для экспериментов действительно важно то, что мы можем передать образцу. Благодаря этому достижению мы теперь можем использовать аттосекундное рентгеновское излучение для изучения нелинейных взаимодействий между рентгеновским излучением и веществом», — сказал Цзявэй Янь, один из исследователей.
Атомы меди помогают подтвердить рекордную интенсивность
Чтобы проверить интенсивность, команда направила рентгеновские лучи на медную фольгу и изучила свет, излучаемый ее атомами.
Поступающие рентгеновские лучи выбивали электроны из глубоких внутренних оболочек атомов меди, оставляя вакансии, или «дырки». Электроны с внешних оболочек занимали эти вакансии, высвобождая энергию в виде рентгеновских лучей.
При достаточно интенсивном освещении это излучение может побуждать другие возбужденные атомы меди испускать рентгеновские лучи, движущиеся в том же направлении. В результате усиления формируется более мощный и концентрированный сигнал. Этот процесс носит название усиленного спонтанного излучения (УСИ) — явление, связанное с процессами излучения, которые делают возможным создание рентгеновских лазеров.
Проверка результата через усиленное спонтанное излучение в медной фольге важна еще и потому, что она опирается на внутренний отклик образца, а не только на расчеты, основанные на параметрах пучка. Насыщение сигнала при повышении энергии импульса служит независимым индикатором того, что в фокальном пятне действительно достигается порог, при котором излучательные переходы начинают влиять друг на друга.
Совпадение измеренной кривой с теоретической моделью, учитывающей длительность импульса и размер пятна, подтверждает корректность оценки пиковой интенсивности и дает исследователям инструмент калибровки для будущих экспериментов.
«Это почти волшебство — видеть, как это происходит. Обычная флуоресценция распространяется во всех направлениях, независимо от направления входящего луча. Но когда порог спонтанного излучения превышен, световой конус начинает концентрироваться в направлении движения», — сказал Андерс Мэдсен, который не принимал непосредственного участия в исследовании, но является руководителем проекта в лаборатории, где проводился эксперимент.
Изначально сигнал спонтанного излучения усиливался по мере того, как исследователи увеличивали энергию импульса. Однако при более высоких энергиях сигнал начинал выравниваться — это явление называется насыщением.
Подобные параметры открывают доступ к режиму, в котором свет взаимодействует с материей нелинейно: электрон уже не просто откликается на поле, а испытывает на себе действие сразу нескольких фотонов, участвующих в одном акте взаимодействия. Для жесткого рентгена такое поведение долгое время оставалось труднодостижимым, поскольку каждый квант несет большую энергию, а вероятность одновременного участия нескольких квантов в элементарном процессе мала.
Именно поэтому значение имеет не суммарная энергия вспышки, а ее концентрация во времени и в пространстве. Рекордная плотность потока, полученная в Европейском XFEL, впервые делает такие процессы наблюдаемыми в контролируемых лабораторных условиях.
Этот отклик соответствовал чрезвычайно высокой интенсивности, рассчитанной на основе энергии импульса, его длительности и размера сфокусированного пятна, что стало независимой проверкой расчетов.
Следующий шаг в изучении поведения электронов в действии
Это достижение может помочь исследователям изучить поведение электронов в атомах и молекулах, в том числе то, как материя реагирует на интенсивное рентгеновское излучение. В долгосрочной перспективе эти исследования могут способствовать развитию технологий управления электронами во время химических реакций.
Исследователи уже изучают способы фиксации таких быстрых изменений, в том числе эксперименты по визуализации электронов и атомов во время химических реакций. Однако эксперимент продемонстрировал возможность получения и проверки интенсивности рентгеновских импульсов, а не прямого управления электронами во время реакции.
На данный момент исследователи используют зеркальную систему AKB, привезенную из Японии. Европейский XFEL рассчитывает получить собственную систему в начале 2027 года. После установки и тестирования она позволит исследователям по всему миру получать короткие и интенсивные рентгеновские вспышки с помощью прибора MID. Исследование опубликовано в журнале Optica.
Практическая ценность достижения связана с тем, что аттосекундные импульсы позволяют разделять во времени движения электронов, которые в обычных условиях выглядят как единый усредненный процесс.
При длительности около 300 аттосекунд вспышка короче характерного периода обращения электрона на внутренних оболочках тяжелых атомов, поэтому она способна зафиксировать промежуточные состояния, недоступные для более длинных импульсов.
В сочетании с высокой интенсивностью это дает возможность исследовать не только возбуждение, но и последующую релаксацию вещества, включая каскады оже-переходов и перераспределение заряда между атомами.
Ограничения метода также следует обозначать четко. Жесткое рентгеновское излучение с высокой плотностью потока повреждает образцы, и часть экспериментов будет требовать либо тонких мишеней, либо работы в режиме однократного облучения свежего участка материала.
Кроме того, сама оптика испытывает значительные тепловые и радиационные нагрузки, что предъявляет повышенные требования к охлаждению зеркал и стабильности их геометрии. Наконец, демонстрация интенсивности еще не означает готовности к рутинным измерениям: воспроизводимость параметров пучка от вспышки к вспышке остается предметом отдельной работы.
Собственная система AKB, которую Европейский XFEL планирует установить в начале 2027 года, должна сделать этот режим доступным более широкому кругу пользователей через прибор MID. Переход от привозной оптики к штатной означает не только упрощение логистики, но и стандартизацию процедур юстировки, калибровки и контроля качества пучка.
Если эти задачи будут решены, аттосекундные эксперименты с жестким рентгеном смогут войти в арсенал исследований наряду с более привычными методами, а изучение нелинейного отклика материи на предельно интенсивный свет перейдет из разряда единичных демонстраций в систематическую программу.
Проникновение вглубь материи сегодня определяет вектор развития фундаментальной и прикладной науки — физики, химии и инновационных технологий. Кстати, недавно мы писали, что строящийся в наукограде Кольцово Сибирский кольцевой источник фотонов (ЦКП «СКИФ») — установка класса «мегасайенс» с энергией пучка 3 ГэВ — установил в ней новые технологические стандарты.


