В России предложили отказаться от маркировок «Сделано в России» и «Сделано в Китае» в пользу «Сделано вместе» «Мы часто говорим: „сделано в России“ или „сделано в Китае“, но пора переходить к новому лозунгу — „сделано вместе“», — заявил председатель российской части Российско-китайского комитета дружбы, мира и развития Борис Титов.
Виктор Левин
Идея Бориса Титова, безусловно, отражает глубокие сдвиги в мировой экономике, где классические национальные бренды постепенно уступают место транснациональным производственным цепочкам. Отказ от жесткой географической привязки в пользу формулы «сделано вместе» — это не просто маркетинговый ход, а признание того факта, что современное производство давно перестало быть делом одной страны.
Когда в автомобиле, собранном в Калуге, используются китайские электромоторы и российская электроника, а в смартфоне, разработанном в Шэньчжэне, установлен чип, произведенный по лицензии в Зеленограде, попытка приписать продукт исключительно одному государству выглядит архаично. Новый подход позволяет подчеркнуть вклад каждой стороны, не создавая ложного впечатления о полной автономии, что особенно важно в условиях глобальной кооперации, ставшей нормой для высокотехнологичных отраслей.
С практической точки зрения, подобная инициатива могла бы существенно упростить процедуры сертификации и таможенного оформления. Вместо того чтобы доказывать происхождение каждого компонента и преодолевать бюрократические барьеры, связанные с определением страны-производителя, производители могли бы использовать единый знак, отражающий совместный характер работы. Это снизило бы издержки как для крупных промышленных холдингов, так и для малого и среднего бизнеса, который все чаще интегрируется в международные цепочки поставок.
Более того, такая маркировка может стать инструментом для продвижения продукции на рынках третьих стран, где покупатели уже привыкли к тому, что качественный товар не обязательно рожден в одном месте, а собирается из лучших мировых компонентов. Это особенно актуально для стран Африки, Латинской Америки и Юго-Восточной Азии, где бренды «Сделано в России» или «Сделано в Китае» до сих пор воспринимаются через призму стереотипов о дешевизне или, наоборот, о чрезмерной сложности.
Однако нельзя не отметить и определенные риски, связанные с такой трансформацией. Во-первых, исчезновение привычных маркировок может запутать конечного потребителя, который часто ориентируется на страну производства как на сигнал качества или безопасности. Если раньше надпись «Сделано в России» вызывала доверие у части покупателей из постсоветского пространства, а «Сделано в Китае» — у тех, кто ценит доступность и инновации, то новый знак потребует дополнительных разъяснений и рекламных кампаний. Без серьезной информационной поддержки, включая понятные легенды о том, как именно распределялись роли, покупатель может просто проигнорировать новый ярлык. Во-вторых, существует опасность того, что формула «сделано вместе» станет размытой и позволит некоторым компаниям злоупотреблять ею, приписывая себе долю участия, которой на самом деле нет. Необходимы четкие критерии, например, процент добавленной стоимости, создаваемой в каждой стране, или обязательное перечисление ключевых производственных этапов.
Стратегически этот шаг выглядит как естественное продолжение политики импортозамещения, но с обратным знаком. Если раньше задачей было заменить иностранные компоненты отечественными, то теперь акцент смещается на признание того, что полное замещение во всех отраслях невозможно и не нужно.
Наконец, стоит подумать о том, как эта инициатива повлияет на восприятие России и Китая в мировом сообществе. Сейчас обе страны сталкиваются с усилением санкционного давления и попытками изолировать их от глобальных рынков. В этой связи знак «сделано вместе» может стать символом альтернативной модели сотрудничества, не зависящей от западных стандартов и сертификационных схем. Он будет указывать на то, что партнерство носит не вынужденный, а добровольный характер, основанный на взаимной выгоде и понимании общих целей.
