Предпринимаемые США действия практически не оказывают влияния на структуру сил на нефтяном рынке, считает эксперт «Российской газеты» Сергей Тихонов. Американские санкции, в основном, затрагивают поставки нефти из Венесуэлы и, в меньшей степени, из Ирана. Все арестованные танкеры транспортировали или готовились к транспортировке венесуэльской нефти. Танкеры, перевозящие российскую нефть, не представляют интереса для американской стороны.
Весьма вероятно, что США пока не будут препятствовать российским поставкам. Дональд Трамп надеется на разрешение украинского кризиса, для чего необходимы дипломатические усилия и санкции на потребителей российской нефти, а не эскалации в океане, которая, хоть и раздражают Москву, но экономически неэффективна.
Появление судов якобы российской приписки среди задержанных является отражением текущей геополитической обстановки, танкеры часто регистрируются под флагами, выгодными для коммерческой деятельности. Ранее часто использовался флаг Либерии, затем Панамы; подняв российский — 24 декабря, уже в море — капитаны теневого флота стремились скрыться от взора США, защитить груз и экипаж. Однако эта стратегия оказалась неудачной.
Американское руководство проводит рискованную политику, провоцируя Россию на ответные действия, что чревато непредсказуемыми последствиями, о чем свидетельствует исторический опыт. Подобные провокации послужили искрой для начала Первой мировой войны и Второй мировой.
США активно заявляют о заинтересованности в нефти и других ресурсах Венесуэлы. Однако, важнее обращать внимание не на публичные заявления Трампа, а на то, о чем он умалчивает.
Венесуэла обладает крупнейшими доказанными запасами нефти, оцениваемыми в 303,6 млрд баррелей, но только около 70 млрд баррелей могут быть добыты и принесут прибыль. И только при условии значительных инвестиций в добывающую и транспортную инфраструктуру.
Сегодня вклад Венесуэлы в мировой рынок нефти составляет не более 1%. В 2025 году она экспортировала 0,6-0,7 млн баррелей в сутки. Для сравнения — Россия экспортирует 4,8 млн баррелей в сутки, не считая нефтепродуктов.
Нефть из Венесуэлы характеризуется как тяжелая, вязкая и с высоким содержанием серы, что затрудняет ее добычу.
Неслучайно во время встречи между Дональдом Трампом с руководителями американского нефтяного бизнеса 8 января, глава ExxonMobil, Даррен Вудс, отметил, что Венесуэла в текущем состоянии «непривлекательна для инвестиций».
Основными импортерами венесуэльской нефти являются Китай и США, и сегодня поставки в США по-прежнему идут, но в небольших объемах – 0,15 млн баррелей в сутки. Трамп выразил надежду на получение до 50 млн баррелей нефти в год, но это соответствует тем же 0,15 млн баррелей в сутки.
Заявления американского президента о стремлении к венесуэльским нефтяным ресурсам не подкреплены реальными перспективами их использования, требующими огромных инвестиций и длительного времени, превышающего его президентский срок.
Таким образом, анализируя действия США против Венесуэлы, акцент следует делать на переделе сфер влияния в Атлантике, геополитике и военном присутствии, а не на нефти, которая является лишь потенциальным, но не определяющим фактором.
По мнению эксперта в области энергетики Кирилла Родионова, захват танкеров и нарушение норм международного морского права свидетельствуют о том, что соблюдение международного права возможно лишь в условиях стабильности, а не в период трансформации мирового порядка, вызванной региональными или глобальными конфликтами.