Нынешний геополитический кризис носит черты нефтяного, что немудрено. «Маленькая победоносная война», которую затеял президент Трамп на Ближнем Востоке, касается самого главного региона, откуда на мировые площадки поставляется 20% нефти и 20% СПГ. России операции против Ирана касается также напрямую.
Фото: Война против Ирана затронула нефтяной и газовый рынки
Елена Иванова
Нефти обещают 150-200 долл./барр., хотя сейчас она вдвое дешевле
Страны Ближнего Востока заблаговременно отменили торги по нефти на ближайшие два дня. Ожидалось, что после начала ракетно-дроновой дуэли между США и Израилем, с одной стороны, и Ираном, с другой, нефтяные котировки улетят в космос. Об этом продавцов и покупателей жидких углеводородов предупреждали аналитики и американские банки в самом начале операции «Эпический Гнев».
Самый апокалиптический сценарий выглядел так:
Цена за баррель достигнет 200 долларов в течение нескольких дней;
Глобальные фондовые рынки рухнут, и цены на энергоносители резко вырастут;
На американских АЗС стоимость галлона с нынешних 3 долларов достигнет 10.
Эти мрачные предположения могли бы сбыться, если бы Иран полностью перекрыл Ормузский пролив и запер экспортеров нефти и СПГ в Персидском заливе. Пока этого не произошло, поэтому американские и другие западные банки скорректировали свои прогнозы.
JPMorgan предполагает, что если КСИР все-таки перекроет транспортную артерию к покупателям ближневосточных углеводородов, цена на нефть достигнет 130 дол./бар.
Goldman Sachs более осторожен в своих оценках. Даже в самом экстремальном сценарии котировки не превысят 100 дол./бр, но перекрытие пролива банкиры считают маловероятным.
Пока ситуация далека и от 130, и от 100 долларов, не говоря уже о 200. Сегодняшние торги показали геополитическую премию в цене за бочку, но она не превысила 82 дол./бар.
Для российской нефтянки и бюджета чем выше цена на Urals и ниже дисконт, тем лучше. Однако ситуация на рынке далека от самых худших сценариев. Почему?
Скриншот Investing.com К концу торгов котировки Brent откатились ниже 80 дол./бар.
Почему нефть хоть и растет, но умеренно
Цена на нефть могла бы вырасти значительно выше, высказал свое мнение в интервью журналу «Химагрегат» Вячеслав Кулагин, если бы мировой рынок был дефицитным. Однако в мировой нефтяной торговле наблюдается переизбыток жидких углеводородов. В пересчете на танкеры, экспортеры предлагают на три Afromax больше, чем нужно покупателям. Суточный профицит составляет 288 тыс. т.
— На нефтяном рынке были запасы и есть определенные резервы, которые отражаются на цене нефти. Мы видим, что если бы рынок был дефицитным, то цена улетела бы очень высоко до 150, может быть, под 200 дол./бар. Но цена скорректировалась несильно. К тому же есть противоречивые сведения по Ормузскому проливу: то ли он перекрыт, то ли нет, и через него можно поставлять и это только временная ситуация, — говорит эксперт ТЭК.
Сам по себе Иран — хоть и большой поставщик, но из-за санкций нефть у мулл принимает в основном Китай. В Поднебесную уходят на суточной основе 3 млн баррелей. В общемировых масштабах это немного и составляет около 3% экспортных объемов. К тому же в затылок иранцам уже полгода дышат «Роснефть», «Лукойл» и другие нефтяные компании России, которые попали в санкционные списки Америки и снабжали Urals в основном китайские «самовары» — мелкие НПЗ, которым американский гнев не страшен, посколько они снабжают нефтепродуктами китайские провинции, не задействованные в мировой торговле.
Сообщений о том, что КСИР приостановила поставки нефти в Китай, не было. Этого говорит в пользу того, что Орумузский пролив останется открытым и для иранского теневого флота, и для других танкеров региона. Да, страховые платежи для судов выросли, и некоторые страховки отменили выплаты на фоне двух танкеров, которые уже пострадали от боевых действий в Заливе. Но это все-таки не конец торговли.
Но есть более существенные риски, чем даже перекрытие Ормузского пролива. Речь идет об атаках на нефтяную инфраструктуру региона.
— Разовые и точечные события на рынок колоссально не повлияют. Понятно, что есть контракты, была предусмотрена определенная логистика, загрузка судов и так далее. Это все усложняется, и вопрос в том, как долго это все будет восстанавливаться. Но если пошли удары по вышкам, которые стоят в Заливе, это быстро не подремонтировать. А по поводу повреждения платформы – мы помним, что было с Мексиканском заливе и какие были последствия (взрыв на платформе ВР Horizon. — «ХА»). Если начнут наносить удары по нефтяным платформам, возникают вопросы, что из себя будет представлять регион уже через несколько месяцев, — говорит Вячеслав Кулагин.
Скриншот ТГ В Персидском заливе горит нефтяная вышка
Что русскому экспортеру хорошо, персам — неважно. Или всем плохо?
У российской нефтянки до прошлой пятницы было две проблемы — низкие цены на Urals и грабительский дисконт, который съедает полцены. Поэтому любое повышение котировок и любое снижение предложения на мировых площадках России во благо.
— Понятно, что любой фактор, который дает увеличение цены, хорошо, но и привлекательность российской нефти возрастает. Те, кто раньше отказывался от нам, подумают дважды – сейчас не так много альтернатив. Тут и по дисконту можно по-другому говорить, — напоминает эксперт ТЭК.
Однако одноразовые скачки цен ни компаниям, ни российскому бюджету помочь не могут. Для возвращения на рынок в качестве полноправного участника нужно, чтобы ближневосточные неурядицы длились как минимум несколько месяцев. Однако тут для всех — от американцев до россиян — вступают в игру другие факторы.
В комитете по энергетике ГД РФ призвали не сильно радоваться росту цен, потому что США пока не ввели в игру объемы из Венесуэлы, которые они полностью контролируют.
«В этой ситуации может упасть доллар, ещё сильнее укрепиться рубль, и объём денежных потоков в рублёвом эквиваленте, который мы будем получать за нефть, может в отрицательную сторону перекрыть те выгоды. У нас же бюджет свёрстан в рублях и ориентирован на стоимость нефти и курс доллара», — заявил изданию «Подъем» первый зампред комитета Валерий Селезнев.
Но есть и другие обстоятельства, помимо цены на нефть, которые могут навредить нашей стране. Помимо торговли нефтепродуктами, Россия строит АЭС в Иране, ведет совместные проекты по всему Ближнему Востоку, и даже туризм переориентировался на Юг. Поэтому измерять выгоду России одной торговлей нефтью и газом неправильно, считает Вячеслав Кулагин.
В краткосрочной перспективе выигрывают нефтяники, но игра идет вдолгую
В самой Америке отношение к новой кампании Пентагона неоднозначное. Аналики говорят, что Дональд Трамп может оказаться победителем в предстоящих промежуточных выборах в Конгресс, если он сможет завершить боевые действия достаточно быстро, как это было во время 12-дневной войне 2025 года.
Если война затянется, то бензин на АЗС начнет расти неизбежно, и тогда американский президент получит большинство в нижней палате американского парламента, предупреждают аналитики.
Для нефтяной отрасли США рост цен на их продукцию пойдет на пользу, потому что никто не хочет работать себе в убыток. Но и тут есть риски. Инвестиционные решения для наращивания добычи принимаются не на один год. Особенно это касается традиционной, не-фракинговой нефти. Никто не будет вкладывать миллиарды, если ситуация останется неопределенной на многие месяцы. Тогда от желания заработать прибыль мало что останется.
Эксперты считают, что через неделю будет более понятно, какой станет американская кампания против Ирана. Пока в ней больше неожиданностей, чем явных побед. Все-таки Иран — это не разрушенный войнами Афганистан.