Метрология – основа стратегии и тактики

Метрология – основа стратегии и тактики

Метрология –  основа стратегии и  тактики

Философский вопрос – человек творит свою биографию или биография «творит» его как личность? Нет однозначного ответа. Но факт: на должности, связанные с техническим руководством в компаниях отрасли, сама судьба, как нарочно, крутыми поворотами и испытаниями отбирает людей особых, обладающих уникальным профессиональным и человеческим потенциалом, активных и ответственных, преданных своей команде и делу, которому служат.

Поэтому все герои нашей рубрики «Персональное дело» – по-человечески интересные и незаурядные. Яркий пример – Олег Вячеславович Минаев, менеджер Управления метрологии Департамента производственной автоматизации, метрологии и контроля качества ОАО «НК «Роснефть», с которым мы сегодня беседуем о жизни, о профессии и основных задачах метрологии.


- Олег Вячеславович, как вышло, что Вы выбрали именно эту профессиональную стезю?

Родился я в Туле в старинной оружейной слободе в семье рабочих. Каждый день по нашей улице Арсенальной утром заводской люд шел на смену, а вечером возвращался обратно. И почему-то такая жизнь мне казалась ужасно обыденной,  поэтому неожиданно для родителей и для себя самого после школы я выбрал профессию военного, поступил в Вильнюсское высшее командное училище радиоэлектроники ПВО.

До этого много лет занимался в кружке радиоуправляемых моделей в Доме пионеров, паял аппаратуру для радиоуправления. В детском варианте и на другой элементной базе мы делали «штучки» вроде сегодняшних квадрокоптеров, поэтому с радиоэлектроникой –  транзисторами, тиристорами, диодами – и измерительными приборами, такими как осциллограф, вольтметр и прочие, я познакомился лет в десять, когда научился держать паяльник. Руководителем кружка был замечательный педагог В.Н. Белтов, кроме радиоэлектроники он приобщал нас и к фотографии, в которой тоже хорошо разбирался, поэтому в кружке я пропадал целыми днями и уже тогда решил связать свою судьбу с радиоэлектроникой.

В Туле были предприятия этого профиля, но, как я уже говорил, мне была абсолютно чужда «заводская романтика», я выбрал стезю военного. А в военкомате поддержали эту идею – там с удовольствием  отправляли не только в армию, но и в военные училища. Мне выдали длинный список военных вузов, специализированных на радиоэлектронике, и я выбрал Вильнюсское высшее командное училище радиоэлектроники ПВО. Мне редко приходилось выбираться из Тулы, а Вильнюс в те годы для нас был – почти Европа, далекая и загадочная, поездка туда сама по себе вдохновляла как путешествие.

Я приехал, легко сдал экзамены, поступил, и только когда отучился год, понял, что собственно радиоэлектроники в учебном курсе оказалось – минимум.  Нас готовили к службе в ПВО, к командованию личным составом, который осуществляет контроль неба, занимается эксплуатацией и ремонтом высотомеров, радиолокационных станций и т.д., но фактически главными были команды, строевая подготовка, бег и прочие военные дисциплины.  Бросить  училище было невозможно – тогда бы пришлось еще два года служить в армии – и я его закончил на «отлично». Увы, успехи в учебе не помогли при распределении, так как «волосатых лап» у меня не было, я попал в самое ужасное место, куда распределяли двоечников и троечников – в Ташкентскую армию ПВО. По тем временам это было громадное военное соединение от Каспийского моря до Сибири, и от Омска до Кушки.

И поэтому когда мы с женой с двумя рюкзаками приехал в Ташкент, и я пришел за дальнейшим назначением, умудренные сединами военные спросили: «Где ты хочешь служить, сынок?» - Я ответил –  в Ташкенте. Они рассмеялись и сказали: «Это после того, как ты лет десять отслужишь в Кушке. Вторая попытка: посмотри на карту…» -  Я увидел  большой город Самарканд и показал на него. Они опять рассмеялись и сказали: «В  Самарканде будешь служить после того, как пять лет отслужишь где-нибудь под Кушкой.  А пока поезжай-ка в Орск, там тебя распределят куда-нибудь дальше». – Это уже потом я понял, что наших ребят не оставляли в больших городах, а отправляли в мелкие населенные пункты, а оттуда еще дальше, километров за 200-300, так как радиолокационные станции из-за излучения стараются расположить подальше от густонаселенных мест.

Так я получил назначение в Орск, но от перемены климата в Ташкенте моя жена серьезно заболела, и на две недели мне пришлось задержаться в городе, ожидая ее из больницы. По неопытности я даже не уведомил командование, что не выехал, и явился к ним потом со справкой из больницы. А меня уже объявили в розыск, обозвали дезертиром, чуть ли не дело завели за то, что не убыл к месту службы! Но все закончилось хорошо, потому что   в кабинет заглянул еще один седой командир и увидел меня:  

- Что, у вас еще не всех разобрали?

- Да, вот один остался, дезертир. Не знаем, толи расстрелять его прямо здесь, толи посадить. Справку какую-то принес фальшивую...

- А какое он училище закончил? Вильнюсское? Военный, а ты знаешь, что такое метрология?

- Это наука об измерениях.

- Ты нам нужен. Не волнуйся, это лучше, чем сидеть в тюрьме…

Так седой военный забрал меня, «сменял» на своего танкиста. Честно говоря, я до сих пор не понимаю, как танкист мог заменить специалиста ПВО – это же другой род войск?

Как оказалось, меня забрали в штаб Туркестанского военного округа, привели в серьезное здание, похожее на Пентагон, на переговоры с Главным метрологом Туркестанского ВО. Он начал задавать мне вопросы, какие я знаю средства измерения, а в кабинете у него висела вся их номенклатура. Он спросил про осциллографы, и я за его спиной прочел: «С1-65, С1-103…»-  Он спросил про  вольтметры, я прочел: «В7-38…» - В заключение Главный метролог ВО заявил: «Ты просто находка для нас. Назначим тебя  начальником участка лаборатории измерительной техники».

Так я попал в  лабораторию измерительной техники 113 ЛИТ Туркестанского ВО, которая занималась поверкой средств измерений всего округа. Офицеров там работало не много, в основном, вольнонаемные служащие по контракту с Минобороны, отличный коллектив профессионалов. Большая часть работ была связана с поверкой средств измерения, приходилось выезжать в командировки. За время службы я побывал и в Кушке, и в Термезе, а в феврале 1989 г. начался вывод наших войск из Афганистана, и мы в Ташкенте и области занимались приемкой техники.    

Через пять лет в Туркестанском ВО я дослужился до должности начальника отдела, начальника выездной бригады, потом была создана в/ч 55545, которая являлась региональным центром военной метрологии. А потом случился развал СССР, и я почему-то автоматически стал военнослужащим армии Республики Узбекистан. Никто не приводил меня к новой присяге, просто забрали удостоверение личности и переписали  на узбекском языке.

В Ташкенте у меня родилась дочь, но сложнее стало выезжать к родителям, и я предпринял все, чтобы вернуться домой, в Россию.  В 1994 г. удалось с семьей  перебраться в Тамбов, там располагалась большая база по ремонту военной техники, и мое подразделение – 406-я мастерская измерительной техники. Мы занимались ремонтом и поверкой средств измерения армейского корпуса, я числился командиром литерной части, правда, она была смешная – всего семь человек. Коллеги-командиры, имевшие в подчинении батальоны по 100 человек и больше, надо мной подтрунивали по этому поводу.

Отслужил два года и вместе со всей нашей ремонтной базой только чудом не попал в Чечню в 1995 году, потому что поступил в военную академию РВСН имени Петра Великого, где тогда впервые состоялся набор на нашу специальность. Мне довелось учиться вместе со специалистами, занимающими сегодня видные посты в военной метрологии: один мой однокашник по академии сегодня заместитель директора ВНИИМС, другой – главный метролог МЧС.

Отучившись два года в академии, я получил распределение в Подмосковье, в Мытищи, в ФГБУ Главный научный метрологический центр Министерства обороны РФ. Там  находится испытательный центр и хранятся военные эталоны, которые должны заменить государственные эталоны измерений в военное время. Кстати, есть даже официальная должность «Хранитель эталона», ее занимает военный в звании  подполковника. Институт, имеющий в своем штате самых высококвалифицированных специалистов, докторов и кандидатов наук, ведёт научно-исследовательские работы в области метрологии, которые касаются не только армии, но и фундаментальных научных основ точности, устойчивости и надёжности измерений.  В частности,  за годы службы в 32 ГНИИИ МО РФ я вёл и завершил несколько НИОКР, разрабатывал документы для метрологических служб  Минобороны и других подобных ведомств, таких как   МЧС, ГО и тд. В этом институте прошли последние годы моей военной службы, и теперь я туда приезжаю на встречи ветеранов.

В 2006 году в звании подполковника я завершил карьеру военного, так как получил предложение из Газпрома, от которого не мог отказаться. Так я стал заместителем начальника отдела в «ОМЦ Газметрология» - отраслевом метрологическом центре. В этот период пришлось немало поездить  с проверками и метрологическими надзорами. Потом меня пригласили в одну частную компанию. Поработав в ней несколько лет, я вновь вернулся в «Газпром», в ООО «Газпром центрремонт», где также занимался метрологией – руководил пусконаладочными работами в этой сфере. А отработав пару лет, перешел в «Роснефть», в сервисную организацию «РН-Информ» на должность начальника отдела метрологии.


- Как мы поняли, Вы прошли долгий и тернистый путь в профессии и не понаслышке знаете все ее стороны и нюансы. Что сегодня является непосредственной сферой Вашей компетенции, каков круг задач?

Сегодня моя профессиональная обязанность – метрологическое обеспечение всех систем и звеньев производства дочерних Обществ Группы ПАО «НК «Роснефть». На местах, на заводах компании работают метрологи, они решают текущие вопросы, несут повседневную службу, а наша задача – помочь им с более сложными проблемами, которые они не в силах решить на местах.

В периметре ПАО «НК «Роснефть» я уже работаю 10 лет, из них в центральном аппарате компании – 5 лет и в связи с этим хочу особо отметить, что с приходом Игоря Ивановича Сечина роль метрологии в нашей компании значительно возросла и, можно сказать, заиграла новыми красками. Конечно, и раньше  измерения были нужны и важны, но использовались они в основном для контроля технологических операций и для фиксации экономических параметров. С приходом И.И. Сечина изменился сам подход: компания вышла в лидеры не только по добыче и переработке, но и по уровню автоматизации и метрологического обеспечения. Изменился сам статус метрологии, появилась должность «Главный метролог ПАО «НК «Роснефть»»,  ее занимает Филиппов Александр Сергеевич, создано новое структурное подразделение, в котором я сегодня работаю – «Департамент производственной автоматизации, метрологического надзора и контроля качества».

Сегодня сфера приложения моих профессиональных знаний и усилий – вопросы, связанные с законодательством в области метрологии, с организацией обеспечения  метрологических служб компании. В том числе, разработка методов и принципов измерений, чтобы средства измерения применялись не только на всех необходимых этапах производства, но и правильным образом, в соответствии с ГОСТ и инструкциями.  Я занимаюсь рассмотрением технических требований к системам измерений, а также разработкой документации по различным проектам, рабочих документов по средствам измерений и т.д. Наше подразделение – последняя инстанция, которая ставит свою визу перед тем, как компания или предприятие проводит тендер, выбирая поставщика метрологического оборудования.

Но одной из главных моих задач является ведение Целевой программы по автоматизации измерений и контролю качества. Этой программе, которая проводится в жизнь уже пять лет, руководство компании придает особое значение, на нее выделяются немалые средства. И, если вы обратили внимание, на нашем совещании в выступлениях метрологов заводов Роснефти несколько раз прозвучало «по целевой программе мы внедрили такое-то оборудование». Целевую Программу по автоматизации и контролю качества мы внедряем на 19 предприятиях компании, она включает пять основных направлений, касающихся НПЗ:

1. Организация измерений на входе. Мы внедряем системы измерений и контроль качества нефти на входе, для этого уже закуплено оборудование, которое готово к монтажу во время остановочных ремонтов. Не на всех заводах отрасли есть подобный входной контроль, он дублирует соответствующие узлы Транснефти, которой мы доверяем, но на всякий случай считаем необходимым проверять. Как известно из открытой печати, эта организация продает нефть, но официально Транснефть не занимается добычей, а только транспортировкой. И мы задумались – откуда берутся излишки для продажи на бирже?

2. Системы измерения на выходе, касающиеся отгрузки нефтепродуктов. Основное средство доставки нашей продукции – трубопровод «Транснефти», также мы используем  водный и железнодорожный транспорт, автомобильный и речной – танкеры и т.п. У Роснефти имеются огромные танкеры-накопители в Керченском проливе, к ним от Саратовского, Сызранского, Новокуйбышевского заводов по Волге доставляют нефтепродукты танкеры класса река-море.

3. Контроль качества в соответствии с Целевой Программой, который обеспечивает лабораторное оборудование, испытательное оборудование, строительство новых лабораторий контроля качества.

4. Внутризаводские потоки. На всех установках помимо измерения технологических параметров мы стремимся обеспечить сбор данных для расчета достоверного материального баланса предприятия. Нам важно не только продемонстрировать фискальным органам правильный расчет налоговых выплат, не менее важно внутри компании постоянно прозрачно фиксировать перераспределение продуктов, истинную глубину переработки, -  это одна из важнейших задач нашей Целевой Программы.

5. Эталонная база. Мы стремимся не только взаимодействовать со сторонними организациями, но и активно развивать свой собственный сервис, эталонную и метрологическую базу для поверки и калибровки средств измерения. Для этого на заводах создаются и развиваются самые современные метрологические лаборатории.  

Данную Целевую Программу, мы проводим в жизнь совместными усилиями с главными метрологами 19 наших предприятий, с которыми мы постоянно находимся на связи – общаемся по телефону, обмениваемся документами, они шлют отчеты и заявки. И наше совещание главных метрологов дает дополнительную возможность послушать выступления представителей НПЗ, поговорить с ними лично. Мне приятно отметить, что из  выступлений коллег, из наших разговоров в кулуарах складывается наглядная картина работы Программы: голые цифры отчетов превращаются в факты, в конкретные жизненные ситуации, видны сложности и позитивные моменты. Но самое главное – если  скупые строки отчетов не передают особого энтузиазма, то в «живых» рассказах метрологов НПЗ о внедрении ЦП нередко звучит гордость за хорошо выполненную работу и радость от понимания ее пользы для общего дела. В такие минуты получаешь удовлетворение от своей профессии и проделанной работы.  


- Здорово, когда человек искренне любит свое дело. Но, наверное, случаются какие-то проблемы, что помогает с ними справляться?

Как подметили сегодня выступающие коллеги, «… у  электриков всегда все хорошо, а у КИПовцев –  все плохо». Еще в армии я сталкивался, подчас, с непониманием – зачем столько измерительных приборов, и кому нужна особая точность? Бывает, подобное отношение встречается и на предприятиях, тот же технолог или энергетик может сказать: «Для чего мне эти поверки? Зачем снимать прибор, он и так нормально показывает!»- Это недопонимание, наверное,  и есть главный «минус» нашей профессии.

Основная задача метролога – обеспечить точность и правильность выполнения  измерений, но главное – чтобы эти данные применялись, ложились в основу   экономических отчетных и плановых документов. Метрология необходима не только как часть производственной структуры предприятия, но и как важный фактор, лежащий в основе стратегии и тактики компании.  Жаль, если кто-то этого не понимает.

В Роснефти эта проблема решается общей политикой компании:  в области метрологии у нас есть локальный нормативный документ в виде нашего внутреннего ГОСТа, который так и называется «Политика обеспечения единства измерений в компании», в нем утверждены основные принципы, задачи и цели. Также у нас существует «Положение о метрологической службе компании», в нем закреплена ответственность должностных лиц за состояние метрологического обеспечения. Кроме того, имеется ФЗ 102 «Об обеспечении единства измерений». Так что у метрологов есть хорошая нормативная база для опоры в практической работе.

Не менее важна для метрологической службы организационная составляющая, которая  выражается в поддержке со стороны высшего руководства вертикально-интегрированной компании Роснефть, начиная от  ее Главного исполнительного директора И.И. Сечина.  

Наша техническая составляющая – парк  приборов, который, как известно, в Роснефти самый широкий и самый современный в отрасли.

Все эти три составляющие нам остается использовать и претворять в жизнь, чтобы  все метрологические системы работали надежно и эффективно, принося пользу компании. 

5.jpg

6.jpg


- Наши заключительные вопросы, как всегда, о семье и наследниках.  Идет ли кто-то по Вашим   стопам?

У меня три дочери очень разного возраста: старшей 28 лет, средней 18, а младшей 5 с половиной. Я женат вторым браком. Первый брак распался после 20 лет совместной жизни, после того, как закончилась «борьба» с неустроенностью быта, когда мы наконец-то перебрались в Монино, и я получил квартиру от Минобороны.

Старшую дочь я когда-то пытался убедить поступать в академию Ракетных войск стратегического назначения имени Петра Великого, когда там только открылся перспективный факультет защиты информации. Но дочь выбрала свой собственный путь и стала журналистом, сейчас работает редактором на Рамблере. В прошлом году она вышла замуж за парня, который, что интересно, внешне очень похож на меня и  профессионально занимается авиамоделированием.   

Средняя дочь – творческая натура, учится в художественном училище, занимается декоративно-прикладным искусством. А младшая дочурка  пока ходит в детский сад.

- Расскажите, пожалуйста, как Вы отдыхаете, чем увлекаетесь на досуге –  после работы, в выходные, во время отпуска…

Приходя домой, я в основном занимаюсь с младшей дочерью, она так ждет меня. Мы с ней рисуем, играем, бегаем –  по мере сил к концу рабочего дня. А в выходные в моем графике обязательно теннис. Рядом с домом много кортов, и у нас в Новокосино сложилась группа единомышленников, с которыми мы, общаясь в чате, на субботу-воскресенье иногда организуем местные соревнования, в которых я принимаю участие.  

Еще одно из главных увлечений, которое я очень люблю – сноуборд. Вначале я катался на горных лыжах, но как-то не пошло, не достиг профессиональных высот, а вот на сноуборде я уже серьезный «профи», объездил почти все горы в Австрии, Италии.


- Как интересно! Это же такой динамичный, активный вид спорта, практически,  подростковый…

Самое смешное, об этом виде спорта я узнал, когда, работая в Газпроме, поехал проверять подразделение в Новом Уренгое. В это же время на то же предприятие  приехала директор одной итальянской компании, большая любительница сноуборда. Ей кто-то наобещал, что в Новом Уренгое полно снега, и она захватила с собой «доску». Так что хозяевам пришлось озаботиться и специально искать для  нее какую-то горку, ибо вокруг была сплошная равнина. Возил по горам ее один интересный мужичок, маленького роста, лет под 60. А после окончания визита она захотела свой сноуборд кому-то подарить. Но у нее оказался настолько маленький размер ноги, что сноуборд подошел только этому дядечке. И с тех пор он сам увлекся сноубордом. Теперь ему уже за семьдесят, но он катается и даже берет учениц,  мы с ним встретились как-то на Эльбрусе. Так что  сноуборду «все возрасты покорны».

Зимний отпуск для меня – это неделя катания на сноуборде, а летний –  «тюлений» отдых  с семьей на пляже. Правда, я обязательно выбираю отель с теннисным кортом и волейбольной площадкой, без этого никак.

Мы благодарим Олега Вячеславовича Минаева за интересную, познавательную беседу и желаем ему новых достижений в его ответственной и интересной работе. Пусть воплощаются в жизнь все его планы, и пусть Департамент производственной автоматизации, метрологии и контроля качества, успешно реализуя поставленные задачи, вносит заметный вклад в развитие компании Роснефть – флагмана отечественной нефтепереработки. А еще – пусть прирастает новыми членами и радует Олега Вячеславовича  его замечательная счастливая семья.  

 




Интервью провела Ирина Толстенко

Фото Владимира Горбунова 

 


Календарь событий
18-я Международная выставка PCVExpo «Насосы. Компрессоры. Арматура. Приводы и двигатели»
Дата проведения: 22-24 октября 2019
www.pcvexpo.ru
Компания «Балтех»
Курс рубля на межбанковском рынке
ПокупкаПродажа
USD/RUB0.000.00
EUR/RUB0.000.00
Данные на

Forex: Курсы валют
EUR/USD0.000.00
Данные на 00:00 мск

Химагрегаты №47 сентябрь 2019 г. Версия PDF
  • Российский Нефтегазохимический форум и XXVI Международная выставка «Газ.Нефть.Технологии-2018»
  • «НЕФТЕГАЗ-2019» Оборудование и технологии для нефтегазового комплекса
  • 17-я Международная выставка PCVExpo «Насосы. Компрессоры. Арматура. Приводы и двигатели»
  • 15-я Международная выставка «НЕФТЬ И ГАЗ» / MIOGE 2018»
  • 25-я международная специализированная выставка «НЕФТЬ, ГАЗ. НЕФТЕХИМИЯ»
  • 22-я международная выставка химической промышленности и науки
  • Международный симпозиум «Компрессоры и компрессорное оборудование» (Санкт-Петербург)
  • «Конференция INTRA-TECH» (Санкт-Петербург)
  • 14-й Российский Нефтегазовый Конгресс / RPGC 2018
  • 16-я Международная выставка «НЕФТЬ И ГАЗ» / MIOGE 2019
  • 16-я Международная выставка «Насосы. Компрессоры. Арматура. Приводы и двигатели»
  • Pinkov Sports Projects
  • Башкирская Ассоциация Экспертов
  • Российский Нефтегазохимический форум «Газ.Нефть.Технологии-2019»